Глава 2
Глава 2
Сидя на том, что осталось от крыльца ткацкой мастерской, воевода смоленского князя Радомир мрачно глядел на развалины домов, по которым пришёлся удар воздушного корабля. Пришельцы, разумеется, сполна заплатили за свою ничем не спровоцированную агрессию, однако это не могло вернуть убитых ими во время налёта горожан, среди которых были женщины и дети. Местные дружинники, подчинённые княжескому наместнику и городскому старосте, уже снесли всех погибших на погост, расположенный в полуверсте от города, где с ними могли проститься родные и близкие перед тем, как их тела будут унесены на крыльях Рарога1 в ирий2. Прибывшие из стольного града ремесленники уже вовсю трудились над восстановлением разрушенных летающим кораблём домов, раненым оказывали помощь волхвы в имеющейся при храме Хорса3 лечебнице. Словом, всё очень напоминало устранение последствий нападения византийцев, шведов или кочевников-степняков, если бы не высящийся стальной горой за околицей воздушный корабль.
После победы над пришельцами воины Радомира тщательно обыскали небесную лодью, но кроме схваченного ими чужака, больше не нашли никого из числа живых. В некоторые части корабля проникнуть не сумели, поскольку ведущие туда стальные двери оказались крепко заперты, но зато им удалось найти оружейную комнату, забитую огненным оружием чужаков и взрывчатыми снарядами, а также доспехами и какими-то непонятными смолянам устройствами. В большом прямоугольном помещении в самом низу корабля отыскались колёсные повозки, довольно большие, только как ими пользоваться, никто толком не уразумел. Похоже на чересчур большие повозки, только как в них запрягать коней, решительно непонятно. Ёрш4-лучник предположил, что повозки эти могут каким-то способом передвигаться самостоятельно, без помощи лошадей, но как это могло происходить на практике, никто из ратников не мог уразуметь.
В самом большом помещении небесного корабля, которое также располагалось на самой нижней его палубе, русичи обнаружили три небольшие лодки, однозначно тоже относящиеся к категории летающих, чьи серо-стальные корпуса напоминали наконечники стрел с торчащими из-под передних частей стволы то ли стреломётов, то ли каких-то иных метательных устройств. В каждую из лодок можно было войти, дотронувшись до мигающего синим огоньком крохотного непрозрачного окошечка, нажатие на которое опускало короткий ребристый трап. Осмотрев все три лодки, Радомир категорически запретил здесь что-либо трогать и вообще нажимать, так как любое неосторожное действие могло привести к Сварог знает каким последствиям.
— Сидишь, воевода? — услышал Радомир голос, исходящий откуда-то из-за своей спины. Неторопливо повернул голову и взглянул на подошедшего к нему человека снизу вверх.
Стоящего рядом с воеводой облачённого в одежду простого, но довольно богатого, покроя мужчину средних лет с окладистой чёрной бородой, в которой уже начали пробиваться первые седые пряди, знал весь Смоленск, да и за пределами стольного града его лицо было хорошо известно. Боярин Лучезар, советник князя Изяслава, известный своим острым умом и знанием обычаев окрестных стран и народов далеко за пределами княжества. Шведы, имевшие с ним дела, за глаза называли Лучезара «хитрым лисом», а византийцы прямо предлагали ему перейти к ним на службу, суля золотые горы. Сколько Радомир знал Лучезара, тот не терял хладнокровия в любой ситуации, оставаясь спокойным и рассудительным. Как и в данном случае.
— Сижу, Лучезар, — спокойно отозвался воевода. — А что?
— Да так, ничего…
Боярин присел на камень рядом с Радомиром и посмотрел в направлении возвышающегося над околицей на добрую сотню саженей воздушного корабля.
— И что ты думаешь насчёт всего этого? — Лучезар кивком головы указал воеводе на летающее судно. — Кто они такие, как думаешь?
— Даже не знаю, что и сказать, Лучезар, — повёл широкими плечами воевода. — То, что не шведы и не византийцы — точно. Ни у тех и ни у других нет летающих по небу кораблей. Германцы? Пф-ф. Они варвары, откуда у них могут быть такие суда?
— А если Китай?
— Китай от нас за тридевять земель, я ни разу не видел ни одного китайца, лишь слышал о них от заезжих хазарских торговцев. Всё может быть, но по рассказам торговцев, китайцы невысоки ростом и узкоглазы, а эти больше на нас похожи. Ну, и ещё на варягов. Но это точно не варяги. У тех нет летающих по небу кораблей.
— А сам что думаешь по сему поводу? — прищурился боярин.
Радомир поковырял носком сапога землю подле себя, почесал переносицу и пожал плечами.
— Не знаю я, Лучезар, что и думать, — отозвался он спустя некоторое время. — Волхвы утверждают, что наш мир — не единственный, есть и другие, там, в горних высях. Может быть. Спорить с теми, кто умеет общаться с богами и духами, не дело простого смертного. Но как узнать, есть ли эти миры на самом деле? И если есть — то что они собой представляют?
— Об этом можно судить, лишь посетив такие миры, — отозвался Лучезар. — И если эти… чужаки прилетели оттуда, то зачем? Зачем напали на мирный город? Их оружие — по сравнению с ним наши мечи и луки будто щепки. И корабль этот… Но если они умеют им управлять, то чем мы хуже них?
— Ты о чём, Лучезар? — Радомир непонимающе уставился на советника князя.
— Соседям нашим полочанам досаждают шведы, основавшие свою крепость в устье Двины. — Боярин задумчиво посмотрел на металлическую гору за околицей. — Конечно, мы можем добраться до неё как по суше, что, правда, займёт не одну седмицу5, так и по Двине, дотащив волоком наши лодьи до Каспли6, а потом уже можно плыть по самой Двине. Это быстрее, чем по суше, но тоже займёт время. К тому же, придётся преодолевать пороги на Двине, а это и время отнимет, и есть опасность подвергнуться нападению как разбойников, так и самих шведов. Да и селы7, в отличие от союзных Полоцку латгальцев, тоже могут напасть на наш отряд. А по воздуху мы доберёмся до устья Двины куда быстрее…
— Но как мы сумеем поднять эту махину в воздух? — изумился Радомир. — Мы ведь даже не представляем, за счёт чего этот корабль может летать!
— А вот для этого у нас есть пленник, которого вы захватили, воевода, — с довольным видом произнёс Лучезар. — Допросив его, мы сумеем понять, как нам управлять этой штуковиной.
— Но он ни слова не понимает по-нашему!
— Поймёт, если захочет жить, — на лице боярина возникло недоброе выражение. — И в этом ему можно — и нужно — помочь.
— Я воин, а не палач! — резко отпарировал Радомир.
— А я и не призываю тебе заниматься чуждым и презираемым тобой ремеслом, Радомир. Для этого есть мастер Осьмуша8.
— Хм… — воевода недовольно нахмурился. Заплечное ремесло ему, как и любому другому воину, всегда было противно, хотя кое-что из его арсенала иногда и применялось. В самом малом объёме, так сказать, когда надо было просто припугнуть слишком уж несговорчивого пленника. Но пытать кого-либо, пусть даже врага — это недостойно справного воина. Другое дело — кат9, это его профессиональная обязанность. — И ты полагаешь, что Осьмуша сможет заставить этого типа поведать нам его секреты?
— Ты сомневаешься в способностях Осьмуши, воевода? — прищурился Лучезар.
— Собственно говоря…
— Пытки, к сожалению, бывают необходимы, поелику не каждый ворог по доброте душевной аль раскаявшись в сотворённом им зле станет добровольно ведать то, что хотел скрыть от нас, — раздался вдруг откуда-то слева спокойный уверенный голос. — Однако если можно обойтись без них, то почему бы так и не поступить?
Радомир и Лучезар взглянули в ту сторону и увидели подходящего к ним рослого статного мужчину лет сорока, с окладистой аккуратно расчёсанной бородой, одетого в длиннополую льняную рубаху и такие же льняные штаны, держащего в руке причудливо украшенный рунами посох.
— Будимир. — Воевода кивком головы поприветствовал подошедшего. — Совет волхвов принял какое-то решение или ты просто так к нам завернул, разговор поддержать?
Волхв Будимир, один из служителей смоленского храма Хорса, при этих словах Радомира как-то странно усмехнулся и окинул его и княжеского советника внимательным взглядом спокойных серых глаз.
— Совет вознесёт молитвы богам. Это всё, что он может сделать в сложившихся обстоятельствах. Ибо князь принял решение.
— Воспользоваться летающим кораблём? — понимающе кивнул Лучезар.
— Именно. Я только что говорил с посыльным, прибывшем из стольного града. Князь Изяслав решил оказать помощь своему другу и союзнику, князю Полоцкому Рогволду, в обуздании амбиций шведского наместника крепости Гриндар10, а заодно объяснить вождям селов, что негоже тревожить пограничные земли Полоцка и препятствовать торговле полочан с куршами и земгалами. Из Смоленска вот-вот прибудет отряд воинов на усиление твоей дружины, загру́зитесь на корабль и вылетите в Полоцк, где примете на борт полоцких ратников, после чего двинетесь к Гриндару. Попутно завернёте к Локстену и «побеседуете» с селами. Желательно в спокойном тоне, если не поймут — что ж, на то вы и воины, чтобы знать, как при таком раскладе поступить.