- Тюрьмы?

- Можно и тюрьмы. Пусть другие узнают, что за явку с повинной облегчение в наказании. Тюрьма - не каторга.

- А откуда у этого пистолет?

- Вот! Поэтому и надо все обдумать. Впутывать сюда Петрищева или нет.

- Если в деле будет отметка, что пулемет взят у Петрищева, то дело затянется и...

- ... мы останемся побоку? Так?

- Именно так.

- Подписывай, - жандарм протянул бумагу Артуро.

- Я плохо вижу. Пелена в глазах, прочесть не могу.

- Ты плохо понимаешь. Еще мозги вправить?

- Артуро подпиши. Пожалуйста.

Артуро взял ручку и подрагивающей рукой написал внизу листка свое имя и фамилию.

- Зурабов, Онищенко!.. Этих в камеры.

- Артуро, надо признаться, не дать себя бить, это главное, - Ромка успел сказать важные слова другу перед тем, как их разлучили.

Теперь многое зависит от того, что решат эти жандармы. Как он понял, те склонялись к более простому варианту, чтобы по-быстрому закончить дело. И версию выстроили. Пацаны решили разжиться деньгами, убили двоих, но и сами попались. Простой вариант и дело закрыто. А если этот поручик захочет выслужиться, то пойдет ва-банк. Начнет разрабатывать Петрищева. А где он, кстати? На работу, со слов жандарма, не вышел. Неужели сбежал? Хорошо это или плохо? По крайней мере, теперь никто из посторонних не знает про другой мир, про путешествие между параллельными мирами. А еще очень важно, чтобы Артуро поправился. Разбитая губа и синяки пройдут. Главное, чтобы он смог сам дойти до суда, а то решат судить заочно и тогда ни ему самому, ни Артуро отсюда не выбраться.

Артуро так и сгинет на каторге. А он сам? Пять лет тюрьмы. Не подарок, но не так страшно, жить плохо, но можно. Только что потом, через пять лет? Ему уже будет восемнадцать, даже девятнадцать. Ни кола, ни двора, ни знакомых, ни друзей, все осталось в старом мире. А что, много там друзей? Настоящих, а не только чтобы просто поболтаться на улице. Один Сенька. И все. Но здесь и вовсе никого нет, он же не знает никого. Разве что Игоря, Сережу и Ваню. Только и они сгинут на каторге, так же, как и Артуро.

Террористов в них нашли! За какие-то слова! Слова, кстати, правильные. Почему русские не должны быть единой нацией? Разве они ущербные, второсортные? Зато здесь правят инородцы. Артуро, вроде, тоже инородец. Но он давно обрусел. А хоть и латин, что такого? Все равно свой. А эти жандармы? Не инородцы, вроде как из своих, а гады еще те. За хорошие деньги скурвились. Выслуживаются. Гниды.

Есть еще Рюрик и Татьяна. Только вспомнят ли они его? Через пять лет-то? Да и не пойдет он к ним, тем более у них самих выше крыши проблем с отцом, сидящим в долговой тюрьме.