И он вышел, осторожно прикрыв за собой дверь. Олег молча смотрел на великолепную пятерку, и его глаза горели триумфом. Глас-Из-Тени медленно повернулся к нему.

— Ну что же… господин Кислицын, — его голос напоминал шипение разъяренной змеи. — Можете считать, что победили – на сей раз. Но на выборах вы не победите никогда, уж мы позаботимся.

Олег хмыкнул.

Шварцман еле заметно покачал головой.

* * *

«Джао, что ты наделал! Что ты натворил!»

«Я? Суоко, помилуй! Я всего лишь проделал то, что необходимо».

«Необходимо для кого? Ты что, забыл? Совет постановил, что Хранители поддержат триумвират! Даже Скайтер в конечном итоге согласился!»

«Решение не было единогласным. Я голосовал против, следовательно, за – только шесть из семи. Да и вообще, Суоко, ты странно интерпретируешь ситуацию. Совет не издает постановления, он – совещательный орган, не административный. Его решения – рекомендации, следование которым оставляется на усмотрение каждого члена организации. Почему я должен напоминать тебе устав?»

«Ты сошел с ума! Ты разрушаешь всю нашу работу… Ты… ты…»

«Суоко, успокойся. Я не нарушил наши правила. На мой взгляд, ваше решение – крупнейшая ошибка за последние десятилетия, о чем я явно высказался во время обсуждения. Крупнее даже, чем наш выход из тени. Так что я решил оставить нам пространство для маневра».

«Напыщенный дурак! Джао, ты не оставляешь мне иного выбора! Я экстренно собираю Совет. Немедленно, прямо сейчас!»

«Хорошо, Суоко. Прибуду в совещательную комнату через две минуты».

* * *

— Твои оправдания нелепы! — в голосе Ведущей – неприкрытая злость. — Как ты мог пойти против общего мнения?

— Не общего, Суоко. Не общего. Опять напоминаю, что Совет не является органом власти. Он лишь вырабатывает рекомендации. Простое разделение труда, не более. Устав…

— Устав безнадежно устарел! Он не менялся десятилетиями, с момента основания организации! Что казалось приемлемым тридцать лет назад, неадекватно сегодня. Мир стал слишком сложен, чтобы отдавать критичные решения на откуп отдельным членам организации!

— Тогда нужно изменить устав, — Джао устало прикрывает глаза. — Вынеси на голосование соответствующие поправки, делов-то! Скажи, чего ты от меня хочешь сейчас? Даже если принять твою точку зрения, я все еще вхожу в Совет и остаюсь Хранителем. По всем мыслимым законам я имею право на свое мнение…

— Но не на противодействие остальным!

Кажется, что Ведущая на грани срыва. Ее глаза пылают яростным пламенем, кулаки сжимаются. Телу-кукле не требуется учащенное дыхание, но ее грудь все равно вздымается, как после тяжелого бега.