— Светом. Он жег меня светом напрямую.

— Так, погоди, — засуетился Гулдан. — Пойдем. Я знаю одного мага жизни, который помогает темным… Дермо демонов ему в обеденный суп! Этот гад совсем потерял страх…

Уринай шел с перемотанной рукой и поглядывал на вывески заведений, обещающих горячий ужин и теплую постель.

— Два года — это как маленькая жизнь, — произнес Гулдан. — За время твоего отсутствия, стало только хуже.

— Два года в пути, — хмыкнул Уринай. — Куда уж хуже?

— Многие заведения отказываются работать с тобой только из-за цвета силы. На всю столицу, ингредиенты для артефактов темным продает только Старик Му, да и то, из-под полы. Надо посылать к нему простолюдина со списком. Товар он оставляет в тайнике. Деньги отдаешь его внуку. — рассказывал старый друг. — Запретили нам продавать камни силы. Так, что если у тебя есть запас — ты счастливчик. Про запрет на прикосновение к коже мага ты в курсе, но многие простолюдины подхватили это и визжат как резаные, стоит их коснуться.

— Это какой-то бред, — возмутился Уринай. — Какой в этом смысл?

— Кто-то придумал байку, что темные заразны и проклинают все, к чему прикасаются. Теперь в столице не найдешь ни одного приличного двора, где тебя накормят и дадут чистую постель. — покачал головой Гулдан. — Если такой находится, то он берет в три дорога. Тарелку и ложку после тебя закопают, а постельное сожгут.

— Демоны бездны, — выругался темный маг. — Что происходит с империей?

— На круге наверное это еще не так видно, но в столице, если ты темный, то изгой, — развел руками старый друг. — Ты еще не знаешь, про право на семя?

— Что? Какое право?

— Клан, уплативший пошлину императору, имеет право взять любого темного, которого пожелает на случку.

— В каком смысле? — встряхнул головой Уринай.

— В прямом. Как собак. Для улучшения породы, — кивнул Гулдан.

— Нет, погоди. Это же…

— Это край, Уринай. Дальше так продолжаться не может, — Гулдан потер руками лицо и взглянув в глаза старого друга добавил: — Вдобавок нас начали убивать. Нэша «Воля тьмы» нашли обезглавленным на улице Патрика Дублина. От Трока «Седьмое проклятие» осталась одна нога. Его засунули в бочку с кислотой, оставив ступню снаружи.

— Это были не слабые маги, — сглотнул Уринай. — Трок вообще был отличный боец!

— В том то и дело, — кивнул Гулдан. — Я старался понять что происходит и несколько раз наткнулся на орден «Белоснежной розы».

— Что это? Первый раз слышу.

— Пойдем, — кивнул друг и указал на темный проулок. — Об этом тебе лучше расскажут люди, которые к нам относятся нормально.