– М-милорд… Снова он!
– Кто?
– Граф Шардон собственной персоной!
– Призрак?
– Никак нет. Стучит, кричит, аудиенцию требует. И почему-то называет вас не иначе как «его сиятельство, мой строгий, но все равно нежно любимый папенька». Похоже, все эти смерти не лучшим образом сказываются на его разуме.
– Веди.
Кайн > Капитан Дурфест: Бери отряд своих молодцов и живо ко мне, во второй рабочий!
Кайн > Капитан Дурфест:Капитан Дурфест > Кайн: Слушаюсь, ваше сиятельство!
Капитан Дурфест > Кайн:
На этот раз герцог даже не пытался строить из себя радушного хозяина. Едва Шардон оказался в замаскированной тюремной камере, как его окружил целый отряд стражников.
– Какой теплый прием, мой любимый несостоявшийся папенька! Как я и обещал, вот мы и снова встретились.
Побагровевший от ярости, хозяин особняка поднял руку, готовясь отдать приказ воинам.
– Так быстро? – притворно нахмурился Шардон, – И даже не выслушаешь меня? Вдруг на этот раз у тебя все получилось, и смерть заставила меня обо всем позабыть? В том числе и о нашем маленьком секрете?
Герцог вздрогнул.
– Кстати, а если я его расскажу вот этим твоим бравым ребятам – их ты тоже прикажешь убить, как и меня, чтобы сохранить свою тайну?
– Прикончить его… – прозвучало коротко и бесстрастно.