- Ну, если бы там кто-то был, то уже выстрелил бы.
Сержант согласно кивнул.
- Прикройте меня, мало ли, - и вошел. Он очень хотел дать очередь вперёд себя, но помнил слова инструкторов, что в темноте мощная дульная вспышка автомата засветит ему зрение и сделает хорошей мишенью. Винограда в домике не было, зато нашёлся мёртвый немец. Мерримен обыскал его, найдя початый коробок спичек, нарезанную газету и что-то, похожее на письмо. Самым ценным была машинка для сворачивания самокруток - Фредерик уверенно засунул её в карман.
- Ну, ребята, колбасники здесь точно были. Это означает, что они уже обошли нас и перекрыли дорогу из Канаша. Возьмите всё его барахло. Пусть мы не взяли языка, но доказательства у нас будут на руках.
Чувашский плацдарм, южный фланг, Балабаш-Баишево[205], 125-я отдельная танковая бригада
Полковник Михаил Лаптуров выбрался из окопа, сделанного под танком. Как правило, танкисты обитали в таких землянках, когда бригада долго никуда не перебазировалась, хотя сейчас он и его команда готовили Т-34-76 к бою. Каждый экипаж обслуживал свою машину самостоятельно. Дозаправляли, загружали боеприпасы, делали весь необходимый ремонт. Никто не отлынивал от тяжёлой грубой работы. Даже замполиты работали вместе со всеми, особенно сейчас. Вообще, по сравнению с прошлой зимой, отношение к ним сильно изменилось. Пока они стояли на страже политической благонадёжности, их уши всегда были открыты для речей, которые могли быть истолкованы как измена или пораженчество. Иногда они издавали собственные приказы, противоречащие командирским, и подрывали власть армейских офицеров. Наконец, пришёл день, когда восстановилось единоначалие. Часть замполитов исчезла, и больше их никто не видел. Остальные стали офицерами-воспитателями, чьё дело заботится о бойцах и поддерживать боевой дух, а не следить за каждым словом.
Им запретили вмешиваться в систему управления частями, где они служили. "Делай как я" - таков был девиз, и самые прилежные стремились вызваться на наиболее сложную работу. Лаптуров не мог не думать, что такое отношение к новым обязанностям вполне может проистекать из стремления избежать судьбы, постигшей других в дни перемен.
Как бы там ни было, замполит вместе с остальными возился сейчас с дозаправкой машины. Полковник слышал, что в американских танковых батальонах доработали для этого грузовики. У Советской Армии такой роскоши не было. Обычный грузовик с платформой для крупногабаритных грузов привозил топливные бочки поближе к танку, спускал по настилу и уезжал. Экипажи выходили с двумя десятилитровыми вёдрами. Двое их наполняли, третий носил к корме, а четвёртый выливал в горловину. Когда Лаптуров стал командиром роты, то решил, что носить вёдра ему невместно, и встал наполнять их из бочек. А вырастя до комбрига, взял на себя работу по заливке дизельного топлива в бак.