И тут Элрик начал хохотать. Он смеялся над собственной судьбой, над судьбой Священной Девы, над судьбой Аная и Оуне. Он смеялся, вспоминая Симорил, которая ждет его на острове Драконов, не зная даже, жив он или мертв, свободен он или обращен в рабство.

И когда Оуне снова закричала на него, он рассмеялся ей в лицо.

— Элрик! Ты предаешь нас всех!

Он прекратил смеяться и тихо, почти торжественно, сказал ей:

— Да, моя госпожа, ты права. Я предаю вас всех. Ты разве не знаешь? Моя судьба — предавать!

— Но меня-то ты не предашь, мой господин! — Она отвесила ему пощечину. Она ущипнула его. Она пнула его ногой,— Меня ты не предашь. И Священную Деву не предашь!

Он испытал сильнейшую боль, но не от ее ударов, а от собственного разума. Он издал крик, а потом начал рыдать.

— Ах, Оуне, что со мной происходит?

— Это же Фаладор,— просто сказала она.— Ты уже пришел в себя, принц Элрик?

Лица по-прежнему что-то тараторили ему со скалы, в воздухе все еще жило все то, чего он боялся, все то, что он так не любил в себе.

Он дрожал. Он не мог встретиться с ней взглядом. Он понял, что рыдает.

— Я Элрик, последний в мелнибонийском королевском роду,— сказал он.— Я видел немало ужасов и искал расположения Герцога Ада. Почему же я боюсь сейчас?

Она не ответила, а он и не ждал от нее ответа.

Бот вибрировал, его раскачивало, он то вздымался, то падал.

Внезапно Элрик успокоился. Он взял Оуне за руку, выражая ей тем самым свою любовь.

— Кажется, я снова стал самим собой,— сказал он.

— Вот они — врата,— сказала королева Су, стоявшая у них за спиной. Она снова крепко держала румпель, а другой рукой указывала вперед.— Вот земля, которую вы называете Безымянной землей.— Теперь она говорила ясным языком, а не загадочными фразами, какие слетали с ее губ с того момента, как они встретились с ней.— Там вы найдете Крепость Жемчужины. Она не может радоваться вашему появлению.

— Кто? — спросил Элрик. Вода снова успокоилась. Они медленно двигались в направлении огромной алебастровой арки, края которой были украшены листьями и травой.— Священная Дева?

— Ее можно спасти,— сказала королева Су.— И, я думаю, это можете сделать только вы вдвоем. Я способствовала тому, чтобы она оставалась там в ожидании спасения. Но большего я не могу сделать. Понимаете, я боюсь.