— И кто же здесь правит, старик? — язвительно спросила Оуне.

— Жемчужина. Я уже говорил.

— А Жемчужиной никто не правит? — недоуменно спросил Элрик.

— Больше никто, мой господин. А теперь возьмите это золото и уходите. Мы больше не хотим тратить на вас энергию. Они ее расходуют, но до истощения им далеко. Я думаю, скоро вы будете уничтожены.

— Мы победили всех ваших защитников,— сказала Оуне.— Зачем же мы будем брать золото?

— Так вам не нужна Жемчужина?

Прежде чем Элрик успел ответить, Оуне дала ему знак молчать.

— Мы пришли только для того, чтобы спасти и освободить Священную Деву.

Сенешаль улыбнулся.

— Все так говорят, но на самом деле всем нужна Жемчужина. Я не верю тебе, госпожа.

— Как доказать правдивость наших слов?

— Никак. Истина нам уже известна.

— Мы не хотим спорить с тобой, господин сенешаль. Ну хорошо, ты служишь Жемчужине. А кому служит Жемчужина?

— Я думаю, ребенку.— Он нахмурил лоб.

Этот вопрос, казавшийся Элрику таким простым, смутил старика. Элрик все больше восхищался искусством похитительницы снов.

— Видишь ли, мы попытаемся помочь вам в этом,— сказала Оуне,— Дух этого ребенка заточен. А пока он заточен, вы все тоже остаетесь пленниками.

Старик снова предложил им мешочки с золотом.

— Возьмите это и оставьте нас.

— Нет, мы этого не сделаем,— твердо сказала Оуне и повела своего коня дальше мимо старика,— Идем, Элрик.

Альбинос заколебался.