И тут закричал Анай, потому что, в отличие от господина Гхо, он не забыл о силе Черного Меча.

— Делай, что он говорит, господин Гхо,— воскликнул он, больше опасаясь за себя, чем за господина Гхо.— Я тебя очень прошу, великий господин! Делай, что он просит!

— Так с членом Совета не разговаривают.— Господин Гхо говорил раздосадованным, рассерженным тоном.— Стража, немедленно уберите их отсюда. Придушите их или перережьте им глотки — мне все равно...

Стражники ничего не знали о рунном мече. Они только видели перед собой хрупкого на вид Элрика, к тому же, видимо, больного проказой, а с ним беззащитного мальчика. Они ухмыльнулись якобы удачной шутке хозяина и, обнажив мечи, беспечно надвинулись на Элрика.

Элрик оттолкнул Аная к себе за спину. Его ладонь легла на Буревестник.

— Напрасно вы это делаете,— сказал он стражникам.— У меня нет никакого желания убивать вас.

За спинами воинов одна из служанок открыла дверь и выскользнула в коридор.

Элрик, увидев это, сказал:

— Лучше последуйте ее примеру. Она, видимо, предчувствует, что произойдет, если вы и дальше будете угрожать нам.

Теперь стражники рассмеялись открыто.

— Он сумасшедший,— сказал один из них.— Правильно решил господин Гхо — от него нужно избавиться!

Они ринулись навстречу Элрику, и тогда рунный меч рассек прохладный воздух роскошного зала — меч завыл, как голодный волк, выпущенный из клетки и жаждущий только смерти и пищи.

Элрик почувствовал, как в него вливается энергия, когда меч взял жизнь первого стражника, разделив его надвое от макушки до грудной кости. Другой попытался сменить тактику и от нападения перейти к бегству, но споткнулся, и меч пронзил его; глаза стражника расширились от ужаса, когда он почувствовал, как рунный меч выпивает его душу.

Господин Гхо съежился на своем стуле — он был слишком испуган и не мог пошевелиться. В одной руке он держал Жемчужину, другую руку он выставил ладонью навстречу Элрику, словно надеясь таким образом отразить удар.

Но альбинос, напитавшись чужой энергией, вложил Черный Меч в ножны и, сделав пять быстрых шагов по залу, подошел к возвышению и заглянул в лицо господина Гхо, которое исказилось от ужаса.

— Возьми назад Жемчужину. Только сохрани мне жизнь...— прошептал он.— Сохрани мне жизнь, вор...

Элрик взял Жемчужину, но остался на месте. Он снова вытащил свой кожаный мешочек и извлек из него сосуд с эликсиром, данным ему господином Гхо.

— Ты не хочешь ее запить?

Господин Гхо задрожал. Его лицо под белилами стало еще белее.

— Я тебя не понимаю, вор.