— Нужно попытаться спрятаться от них,— без особой уверенности сказал Смиорган.— В схватке нам их не победить.

Маленький отряд вышел из полуразрушенного дома и начал пробираться по городу, прячась за укрытиями, которые им удавалось найти. Они медленно продвигались к центру и статуе Нефритового человека.

По резкому шипению сзади они понимали, что рептилии не теряют их из виду. Упал еще один вилмирец — у него из спины торчал диск,— и отряд пустился в паническое бегство.

Впереди они увидели красное здание в несколько этажей и с сохранившейся крышей.

— Давайте внутрь! — крикнул герцог Аван.

Они, с облегчением и ни мгновения не колеблясь, вбежали в здание, пронеслись по нескольким пыльным переходам и наконец остановились перевести дыхание в большом мрачном зале.

Зал был совершенно пуст, а тот свет, что попадал внутрь, просачивался сквозь трещины в стенах.

— Эго строение сохранилось лучше других,— сказал герцог Аван.— Интересно, каково его назначение? Может, это крепость?

— Они, похоже, были совсем не воинственным народом,— заметил Смиорган.— Я думаю, у этого здания имелось другое назначение.

Три оставшихся в живых моряка испуганно поглядывали вокруг. Судя по их лицам, они предпочли бы встретить рептилий под открытым небом. Элрик пошел через зал, но вдруг остановился, заметив какой-то рисунок на дальней стене.

Смиорган тоже увидел его.

— Что это такое, друг Элрик?

Альбинос узнал в нарисованных символах высокое наречие древнего Мелнибонэ, но этот язык несколько отличался от того, что знал он, а потому Элрику потребовалось некоторое время, чтобы понять значение написанного.

— Ты прочел, что тут сказано, Элрик? — пробормотал герцог Аван, присоединяясь к ним.

— Да, но смысл довольно темен. Тут написано: «Если ты пришел убить меня, добро пожаловать. Если ты не принес того, что разбудит Нефритового человека, тогда исчезни...»

— Может, это адресовано нам? — задумчиво сказал Аван.— Или это тут уже давно?

Элрик пожал плечами.

— Эта надпись могла быть сделана в любое время за последние десять тысяч лет...

Смиорган подошел к стене и прикоснулся к ней.

— Мне кажется, она сделана довольно недавно,— сказал он.— Краска еще сырая.