— Значит, ты думаешь, что Коропит где-то поблизости, — обратился Элрик к Фаллогарду Пфатту. — Ты говоришь, что чувствуешь его, мой господин?

— Здесь слишком много Хаоса! — воскликнул высокий ясновидец, яростно кивнув. — Сквозь него трудно видеть, трудно звать. Трудно услышать ответ. Смутно, мой господин. Космос всегда смутен, когда за работу берется Хаос. Этот мир находится под угрозой, мой господин. Первые пришельцы уже здесь. Но что-то все же сдерживает их.

Элрик снова подумал о рунном мече — у него возникло подозрение, что меч не способствует и не противостоит потоку событий. Он просто сделал так, чтобы вернуться в то измерение, в котором должен быть в определенное время в течение определенных изменений в мультивселенной. Он был уверен, что с Хаосом здесь сражалась какая-то другая сила. И он задумался о трех сестрах и об их роли во всем этом. Знал он о них всего ничего — что они владеют сокровищами, которые нужны ему и Гейнору. Правда, была еще и баллада Уэлдрейка, представлявшая собой главным образом плод фантазии поэта, а потому от нее было мало пользы в практических поисках. Существовали ли сестры вообще? Не были ли они целиком и полностью порождением барда из Патни? Почему же все следовали за химерой — изобретением воображения, в высшей степени романтического и склонного к преувеличениям?

— А ответь мне, господин поэт, — сказал Элрик, помогая развести костер; Пфатты решили сделать здесь привал еще до его внезапного появления, — эти твои строки не дают ключа к месту обитания трех сестер?

— Должен признаться, сэр, что я немного изменил эти стихи, ввел в них кое-что, ставшее мне известным, поэтому я — ненадежный источник информации. Ну, разве что в самом глубинном смысле. Большинство поэтов таковы, сэр. Что касается Гейнора, то у нас есть кой-какие прозрения на сей счет. А вот о господине Снаре мы не знаем ничего.

— Он принес себя в жертву, — напрямик сказал Элрик. — Я думаю, что он спас меня от ярости Ариоха. Насколько мне известно, именно он выдворил Ариоха из этого измерения. И он погиб, изгоняя Герцога Ада.

— Значит, ты потерял союзника?

— Я потерял союзника, господин Уэлдрейк, но я потерял и врага. А еще я, кажется, потерял целый год жизни. Однако я ничуть не оплакиваю потерю моего покровителя, князя Энтропии…

— Но Хаос далеко не побежден, — сказал Фаллогард Пфатг. — Этот мир весь пропитан Хаосом. Он здесь готовится к тому, чтобы поглотить мир целиком!

— А может быть, Хаос желает заполучить нас? — пожелала узнать Чарион Пфатт.

Ее дядя отрицательно покачал головой.