— Принц, я ждала тебя целую вечность. Я молчал, ибо слова не шли на ум. Передо мной стояла женщина, облик которой до боли напоминал мой собственный. Точеные черты, раскосые глаза, маленькие, слегка заостренные кверху уши. Глаза — алые, как спелая клубника, кожа цвета выбеленной временем слоновой кости. Белые волосы густыми прядями ниспадали на плечи. Одета она была по-простому — штаны да рубаха, поверх которой накинут грубый холщовый фартук.

— Мой друг Джермейс показал тебе верный путь, — заметила она с улыбкой. Похоже, ей нравилось мое замешательство.

— Это тот коротышка?

— Ты с ним еще встретишься.

— Наверное.

— Мы все рано или поздно встречаемся. Когда наши судьбы начинают меняться. Порой изменения едва заметны, а порой меняется вся жизнь и рождается новая история. Новый миф переплетается со старым. И возникает новый сон.

— Я сплю. Ты мне снишься. И наш разговор — только сон. Значит ли это, что я сошел с ума? Неужто заклятье, усыпившее меня, похитило вдобавок мой разум?

— Все мы снимся друг другу, принц Эльрик. У каждого свои сны, и в этих снах мы враждуем со всем, что нас окружает, пытаясь выделиться из общей картины.

И жесты у нее были мне знакомы. Где я видел эту женщину?

— Госпожа, окажи мне честь, соблаговоли назвать себя.

— Сестры зовут меня Белым Зайцем. Я выросла среди оборотней и похитительниц снов. А матушка дала мне имя Оуна, по обычаю предков.

— Ее зовут Оуне?

— Оуне, похитительница снов. А я — Оуна, дочь похитительницы снов. А мою дочь будут звать Оунни.

— Дочь Оуне? — я помедлил. — Выходит, я — твой отец?

Женщина расхохоталась и шагнула ко мне — Наконец-то ты догадался.

— Я не знал, что… э… так вышло.

— Вышло, вышло, отец.

Меня словно обухом по голове ударило. Или окатило волной. Отец! Такой удар нелегко выдержать. Хотелось закричать, от всего отказаться, хотелось проснуться и забыть этот страшный сон. Но в то же время я знал, что Оуна не лжет. Достаточно было посмотреть на нее, чтобы удостовериться в правдивости ее слов. Весь ее облик говорил о том, что она — моя дочь. С Оуне, ее матерью, мы вместе когда-то искали Жемчужную Твердыню. Я мимоходом влюбился и…

Внезапно мне пришла мысль, которая вновь пробудила сомнения.

— Прошло мало времени, — проговорил я. — Ты слишком взрослая, чтобы быть моей дочерью.