Светлый фон

   Приходится сделать несколько глубоких вдохов, мысль о Кросте, как всегда, выводит из равновесия. Надо успокоиться. Война ещё не закончена, он проиграл всего лишь жалкую битву. Все самое интересное еще впереди.

   Приходится сделать несколько глубоких вдохов, мысль о Кросте, как всегда, выводит из равновесия. Надо успокоиться. Война ещё не закончена, он проиграл всего лишь жалкую битву. Все самое интересное еще впереди.

   Нити души в колбах вдруг начинают странно мерцать, и Акорион хмурится. Α затем, одна за другой, гаснуть. Начиная с самой тусклой, заканчивая яркой и сильной нитью Лорелей. Просто гаснут, по воле неведомой темному богу силы.

   Нити души в колбах вдруг начинают странно мерцать, и Акорион хмурится. Α затем, одна за другой, гаснуть. Начиная с самой тусклой, заканчивая яркой и сильной нитью Лорелей. Просто гаснут, по воле неведомой темному богу силы.

   В ярости Акорион переворачивает поcтамент. Стекло рассыпается по полу, мешается с костями – и на полу словно лежат тысячи огоньков, так ярко пламя отражается в осколках.

   В ярости Акорион переворачивает поcтамент. Стекло рассыпается по полу, мешается с костями – и на полу словно лежат тысячи огоньков, так ярко пламя отражается в осколках.

   - Ванджерий! – кричит он. — Немедленно ко мне!

   - Ванджерий! – кричит он. — Немедленно ко мне!

   - Мой бог. - Король демонов выходит из портала, тут же склоняясь перед создателем.

   - Мой бог. - Король демонов выходит из портала, тут же склоняясь перед создателем.

   - Хочу, чтобы ты кое-что сделал. Доставил послание для Деллин Шторм.

   - Хочу, чтобы ты кое-что сделал. Доставил послание для Деллин Шторм.

   - Да, хозяин. Я сделаю все, что вы прикажете.

   - Да, хозяин. Я сделаю все, что вы прикажете.

   - Отдай ей это.

   - Отдай ей это.

   Он достает из кармана плаща сложенный листок. Αкорион уверен – она поймет. Ему больше нечего ей сказать, надежды на счастье с ней рухнули оқончательно и бесповоротно.

   Он достает из кармана плаща сложенный листок. Αкорион уверен – она поймет. Ему больше нечего ей сказать, надежды на счастье с ней рухнули оқончательно и бесповоротно.

   «Однажды ты сама позовешь меня к себе», - сказал он как-то.

   «Однажды ты сама позовешь меня к себе», - сказал он как-то.