Типи Ароса многозначительно улыбнулась и нежно взяла Виктора за руку, слегка поигрывая при этом пальчиками. Она была настолько обворожительна, что Сомов на какое-то мгновение даже дрогнул.

— Это абсолютно невозможно. Вернитесь в дом, баронесса. Не вынуждайте меня применять силу, — хрипло ответил он и повысил голос: — Стража, на изготовку!

Лжестражники пришли в короткое движение и замерли, угрожающе наклонив пики вперед. Это произвело соответствующее впечатление и лишило баронессу последней надежды, как-то договорится с неуступчивым капитаном стражи.

— Ах так! — воскликнула разозленная женщина, краснея, раздувая в гневе ноздри и сразу теряя все свое очарование, — Вы мне за это заплатите, капитан Шарапов! У меня много влиятельных друзей, способных заступится. И я запомню имя моего обидчика.

— Уверен, что вы его никогда не забудете, — ослепительно улыбнулся Сомов.

Типи повернулась было уйти, но вдруг заметалась на месте.

— Капитан, но у меня там, в карете кое-какие ценности…

— Не волнуйтесь, баронесса, вы и ваши ценности под надежной охранной. Стража, проводить всех задержанных в дом! Именем короля, выполнять!

Баронессу и нескольких ее слуг чуть ли не силком отогнали от кареты и отконвоировали в дом. Стоило закрыться дверям особняка, как стражники заторопились обратно к воротам. К этому времени из карету уже обыскали и выгрузили роскошный ларец.

— Заперт, — сказал один из разбойников.

— Тяжелый, — уважительно добавил другой.

— Отставить разговоры!

Сомов быстро осмотрелся по сторонам. Вокруг вроде было спокойно, но любопытные горожане уже начинали скапливаться неподалеку, хотя и не смели приближаться. Все лжестражники были в сборе, и пора было уносить ноги.

— Построились. Ларец взяли и за мной марш, — прошипел Виктор.

Зеваки с недоумением наблюдали, как отряд стражников спешно загрузился в большой тюремный фургон и тот сразу же тронулся в путь, стремительно набирая скорость. Из произошедшего удивленная публика практически ничего не поняла и вскоре разошлась по своим делам.

Орк гнал, не обращая внимания на надрывный хрип лошадей, перепуганных прохожих едва успевающих отпрыгнуть в сторону, чтоб не попасть под колеса кареты и глухой мат, доносившийся изнутри фургона. Сомова подбрасывало, кидало из стороны в сторону и переворачивало, словно он оказался в барабане стиральной машины. Фургон пронесся по улицам, вероятно поставив рекорд скорости перемещения по городу, опрокинув по пути не один лоток уличных торговцев и чудом не передавив массу народа. Когда добрались до вертепа, вскрыли ларец, высыпали наличность на стол и прикинули стоимость золота и драгоценностей у всех наступил легкий шок.