Маги не отличались особой плодовитостью – двое детей в семье уже считались особой милостью богов. А уж трое, как у леди Фалько, или и вовсе четверо, как у самой Грозной Морел, – почти что повод для всеобщего поклонения.

– Так вот, – продолжала она, на сей раз самостоятельно наполняя свою рюмку, – я не в восторге от того, что происходит вокруг вас. Накосячите – запру в подвалах Арджвен-холла обоих. Тебя, – на этот раз она ткнула пальцем в Марка, – за то, что мой внук, а воспитательные работы лишними не бывают в любом возрасте. А тебя, – от ее острого взгляда Киаре стало не по себе, – как будущую родственницу. Заодно и на ближайшем кладбище порядок наведешь.

На «будущей родственнице» Марк таки поперхнулся и, кажется, был готов тотчас же выйти прямо в окно. И Киара была с ним полностью солидарна.

– О, не делайте такие лица, о ваших шашнях знает весь Иленгард! А уж после занимательной беседы с дорогой Рангрид я больше чем уверена, что через пяток лет мне суждено сплясать на вашей свадьбе!..

– На чьей свадьбе пляшем?

Не узнать подошедшего к ним мужчину почтенных лет было положительно невозможно: высокий рост, темные волосы и характерные крупные черты лица на раз выдавали в нем очередного Эйнтхартена.

Киара едва подавила желание тоскливо застонать – у нее имелся свой собственный представитель этой семейки, и его было вполне достаточно. А уж при виде архимага Нэльтана, замаячившего за спиной у лорда Аргуса, и вовсе захотелось взвыть.

– На их. – Морелла махнула рукой в их сторону, поставила на стол ликерную рюмку и поднялась с места. – Я бы второй раз за тебя все равно не вышла, а нашему старшему отпрыску, сожри его мантикора, ближайшие полгода придется носить цвета поскромнее.

– Мантикора бы подавилась, уж поверь – у Данки два полотенца порвались, пока она его лупила за эту хренотень гренвудскую. Еле оттащил, хотя теперь думаю – зря! – Судя по свирепому выражению лица, лорд Аргус прямо сейчас был готов взять третье полотенце и отделать своего старшенького как следует. – Это ж надо было додуматься – переделывать собственного сына! Кем уродился, тем бы и вырастили!

Марк в ответ на это красноречиво фыркнул, но комментировать не стал. Только налил себе еще шафрийской настойки и опрокинул одним махом под насмешливым взглядом самого старшего из Эйнтхартенов. И тот даже нотацией не разразился, чего Киара от него, признаться, ожидала – чем старше поколение, тем больше оно привержено старым порядкам. Но вместо этого лорд Аргус сел рядом и кивнул Марку на рюмку.

– Ну чего сидишь, наливай деду. Под горькую беседы как-то складнее получаются.