Судя по тому, как вспыхнули искры на ладони Марка, со светлым мудаком он был категорически не согласен. Киара и сама была не прочь сотворить с Нэльтаном что-нибудь несовместимое с жизнью, но знала, что того одним заклятьем не свалишь. Как ни крути, архимаг, пусть и сравнительно молодой. Да и не хотелось выбиваться из образа благовоспитанной дамы. Это на свадьбах потасовки хорошо смотрятся. Киара все же слишком некромантка, чтобы устраивать бойню на поминках.

– Грегор, драгоценный мой пироман, свали куда-нибудь подальше, – взмолилась она, укладывая ладонь поверх руки Марка. – Сегодня я не в настроении играть в ведьму и инквизитора, равно как и выслушивать твои лишенные всяческой оригинальности оскорбления.

– Оскорблять тебя – все равно что в грязи замараться, Блэр. Как есть цепная сучка Темного Круга, и пользы от тебя – трупы потрошить да кости вываривать.

Это было обидно. Настолько, что Киара едва удержалась, чтобы не залепить в эту лощеную морду проклятьем попротивнее. Но Марк оказался быстрее. Он подскочил с места, плавным движением отодвинул ее за спину и вскинул ладонь, на которой тут же возникла небольшая шаровая молния. Но маленькой она точно будет недолго, если Грегор продолжит в том же духе.

– Можешь попробовать оскорбить меня.

– Ну вот, как я и говорил – Киара Блэр портит все, к чему прикасается.

Киару окатило волной магии, такой сильной, что от искр защипало пальцы. Ощутили этот всплеск и старшие Эйнтхартены, мрачно наблюдающие за развернувшейся сценой. Судя по выражению лица леди Мореллы, внука она поддерживала целиком и полностью, хотя и не спешила разбрасываться убийственными заклятиями. По крайней мере на виду у сотни человек(и не-человек), собравшихся в парадном зале поместья.

– Вы, оба, сходите проветритесь, – не поворачиваясь, проговорила она хлестко. Марк даже не пошевелился, а Киара была слишком зла, чтобы взять и послушаться светлую магичку. Пусть это и Грозная Морел. – Мне повторить?

– Дети, дайте старшим поговорить, – куда более мягко попросил Аргус. Этот тон, спокойный и несколько заботливый, какого Киара по отношению к себе слышать не привыкла, неожиданно возымел действие.

Она обхватила запястье Марка, отчего кожу закололо сильнее – несмотря на многочасовые совместные тренировки, приятного в чужой агрессивной магии было мало. По счастью, длилось это недолго. Марк всегда боялся ей навредить, а потому, несколько раз вдохнув и выдохнув сквозь зубы, вернул разбушевавшуюся силу на место.

Он высвободил руку и, не говоря ни слова, направился к выходу на балкон.