— Что? — Белава подалась вперед.

— А ведь странное дело, да? За пятнадцать лет три чародея жизни сгинули. Не умерли, не погибли, не осели где-то, а просто исчезли бесследно. Такого с колдунами и чародеями, более слабых сил вроде не происходило. Скольких знаю, об их судьбе все ведаю.

— Может совпадение?

— Не знаю, не знаю… Но что-то в этом есть. Но не пропадают чародеи одной силы так часто.

— Пятнадцать лет-то часто? — изумилась Белава.

— Для чародеев, да. Ты пока обычной человеческой жизнью меряешь. А жизнь магов длиннее в несколько раз. Для нас пятнадцать лет, как год с половиною для обычного человека.

— А сколько вам, мастер? Все время хотела спросить, только боязно было.

— Мне двести годков почти, — ответил Дарей, и Белава ахнула.

— Сила жизнь продлевает. Стареем мы намного медленней. По человеческим меркам мне не больше пятидесяти. Бабке твой примерно столько же должно было исполниться.

— А те, кто не обладают силой, но имеют маленький дар, они сколько живут?

— Не понял.

— Ну вот как… как Радмир или Ярополк. Радмир не поддается чужим чарам, а Ярополк ложь чувствует. Это ведь тоже дар.

— Их жизнь обычная, — с улыбкой ответил чародей. — Переживаешь, что ты еще молодой будешь, а муж уже седобородым старцем?

— Да, — она потупилась.

— Так в тебе жизненная сила есть, можешь омолодить. Свои года, правда, отдашь, но за чародейскую жизнь их набегает итак много.

— И верно, — она улыбнулась.

— Любопытно, а где пропала твоя прабабка? — он задумчиво чертил витиеватые узоры на земле подобранной палочкой.

— Может матушка знает.

— Ее сейчас не спросишь, — вздохнул чародей. — Впрочем, кое-что узнать мы можем. По дороге у нас как раз будет один мой старый товарищ, заедем к нему. Он колдун, силу из земли берет. Может он что знает.

— Как скажите, мастер, — ответила Белава. — А это несильно нас задержит?