Она прикрыла глаза и начала обволакивать учителя сероватым туманом, вылепляя из него подобие себя, только постарше и погрубей. Когда Белава закончила, перед воином и ученицей чародея стоял самый настоящий белавин дядька, очень похожий на нее. Только вот не удержалась девка от коварного движения, и теперь на голове «дядюшки» красовалась замечательная плешь. Радмир оглядел произведение предприимчивой девицы, хмыкнул, попробовал сдержаться, но не смог и расхохотался.

— Чего она со мной сделала? — подозрительно спросил чародей.

— Все хорошо, друже, тебе так даже идет, — ответил воин, продолжая потешаться над товарищем, у которого на самом деле были отличные густые волосы.

— Ну, Белавка, — процедил сквозь зубы Дарей, глядя на ученицу, скромно смотрящую в окно. — Не знаю, что ты со мной натворила, но я тебя все-таки выпорю, когда вернемся.

— Не страшно, — ответила наглая девка и пошла к выходу.

— Ты это слышал? — возмутился чародей, и воин снова засмеялся.

Когда они спускались, хозяин постоялого двора округлил глаза, глядя на незнакомого постояльца, так похожего на зеленоглазую жену громкоголосого мужика с серыми глазами. Радмир весело подмигнул ему и поспешил вслед за спутниками. У конюшни стоял мужик с соломенными волосами. Он обернулся на троицу и тоже широко распахнул глаза, потом сообразил что к чему и засмеялся. Шукля посмотрел на Дарея, принюхался и завилял хвостом. Путники оседлали лошадей и собрались уже выехать, когда к ним обратился тот самый мужик.

— Вижу, не простые вы люди, — начал он. — Дозвольте с вами поехать. Я перед Полянией сверну. И мне не скучно, и от вас лишнее подозрение отведем.

Троица переглянулась и дружно кивнули, приглашая мужика в свою компанию. Мужик пристроился к ним и шепнул:

— Те трое на дорогу выехали, но по моему никуда не уехали. Проверить, наверное, хотят.

— Спасибо, мил человек, — ответил Дарей. — А как звать тебя?

— Юрком зовите, — улыбнулся он. — А вы кто? Впрочем, не говорите. Лишнее это.

Они благодарно улыбнулись Юрку за его понимание. Так и выехали вчетвером на тракт. Там стояла троица разбойников. Они неестественно замерли, будто три изваяния, и только после появления четырех всадников начали двигаться. Три пары глаз внимательно уставились на приближающихся путников. Те разговаривали между собой, не обращая внимания на трех разбойников. Разбойники повели носом вслед путникам и переглянулись. Белава краем глаза следила за этой троицей, пытаясь понять, что они будут делать. Но разбойники вновь замерли, словно ожидая чего-то. Вскоре они остались за поворотом, и четверо всадников расслабились, но морок снимать не спешили.