— Хочешь сразиться на этом? — усмехнулся Благомил, кивнув на меч.

— И на этом тоже, — ответила она.

Благомил поднял руку, и с его пальцев сорвалось голубоватое свечение, в мгновение охватившее Белаву, лишая возможности двигаться. Потом подошел к ней, взял двумя пальцами за подбородок.

— За этот поцелуй ты будешь наказана, — зло сказал он.

— Я вся уже плачу от страха, — нагло ответила девушка, поглощая сдерживающее заклинание.

Она размахнулась и ударила его в челюсть самым не волшебным образом. Мужчина отлетел, ошеломленно глядя на нее. Он вскочил, взмахнул руками, формируя воздушные вихри. Девушка наступала на него, легко отмахиваясь и распуская вихри, потом окуталась огнем.

— Ты хотел силу демонов? Лови, — и струя пламени полетела в Благомила, еле успевшего закрыться силовым щитом.

Пламя разбивалось о щит, расходясь в разные стороны огненными ручьями. Но сила была велика, и Благомил с трудом сдерживал ее. Когда поток огня утих, Белава стояла перед «богом», недвусмысленно приставила острие меча к его горлу.

— Выбирай, проткну сразу или подеремся? — сказала она, кляня себя за то, что не может убить безоружного. Впрочем, его оружие волшба… но он уже слабей ее…

— Подеремся, — усмехнулся Благомил, и в его руке сверкнул клинок, сотворенный из белого пламени.

Он был более сильным и опытным поединщиком, и вскоре Белава уже задыхалась, отбивая его выпады.

— Что она творит? — возмущенно закричал, наблюдавший за ними Милятин. — Она ведь могла уже добить его!

— Девчонка, — зло сплюнул Дарей. — Ветряная мельница. Вот только пусть выберется из всего этого и выпорю, теперь уж точно!

— Не ругайте девочку, — спокойно заговорил Вералон. — Она еще не проиграла. Если сменит облик, он ее не пробьет.

Словно услышав слава альва, Белава напряглась, откинула от себя Благомила, задрала голову к верху и завыла. Голос ее становился все грубей, превращаясь в звериный рык. Остановились оборотни, обернулись к ней и взвыли, признавая, что появился более сильный и опасный зверь. Волки поджали уши и попятились от наступавших на них ратников, Зверь был на стороне людей, а сильных надо слушать. «Бог» некоторое время смотрел на рыжее чудовище, превышавшее в росте его несостоявшуюся богиню чуть ли не в два раза. В лапах Зверя появился второй меч, огненный, и на Благомила посыпался град ударов. Он начал отступать, пропуская удары. Вскрикнул, когда огненный меч превратился в плеть и ударил его, рассекая и обжигая щеку. Все заклинания мужчины легко поглощались Зверем, и он вдруг с ужасом понял, что проиграл. Он сделал последний отчаянный взмах, отправляя в Зверя силу своего мира. Белава покачнулась, замотала головой, пытаясь отмахнуться от кружащих, будто мухи, черных бликов, все сильней обвивавших ее горло, захрипела, давая Благомилу возможность занести меч, который влетел в грудь Зверя, с хрустом разрывая плоть. Откуда-то сзади раздался многоголосый крик. Чудище заскулило, зажимая рану, упало на колени, все больше склоняясь к земле, и «бог» вновь занес меч, готовясь отрубить Зверю голову.