— Это не похоже на Черный бунт. Совсем другой масштаб, да и цели совершенно другие. Пророк — наверняка ставленник Ристаны, хотя я был о ее уме куда лучшего мнения. Идиотская затея.

— Тем не менее, результат налицо. Король Тодор умер, Ристана получила регентство. Ей осталось лишь избавиться от брата, и корона Валанты — ее.

— В том случае, если Совет Семи Корон не назначит Шуалейду наследницей, — покачал головой Дайм. — Выбирая из одаренной и бездарной принцесс, они наверняка выберут одаренную. Тем более что она отказывалась от прав на трон в пользу Каетано, но никак не Ристаны.

— Ты прав с точки зрения истинного шера, Дайм. Но не забывай, бездарные живут мало и мыслят иначе. Им не понять, насколько важна связь короля со стихиями для благополучия страны. Они не видят и не чувствуют ткани нашего мира, для них реально лишь то, что они могут пощупать своими руками и увидеть своими глазами. Как и для всех нас. Все же прочее, вроде баланса стихий или связи земли с королевским даром, они воспринимают как чистую теорию.

— Значит, Ману и Глаз Ургаша. — Дайм призвал с кухни кувшинчик со свежим шамьетом и заново наполнил свою чашку и чашку Парьена. — Звучит, как название очередного романа этого бумагомараки Акану.

— Бумагомараки и шпиона Марки, ты хотел сказать, — усмехнулся Парьен. — Его тоже имей в виду. Я более чем уверен, Акану вскоре появится в Валанте. И если это будет так — то можешь считать теорию подтвержденной.

— Ладно, допустим, Глаз Ургаша — в Валанте.

— Допустим, Глаз Ургаша некоторое время находился у главаря мятежников. Градус его сумасшествия, одно то, что он назвал себя Пророком — уже симптоматично.

— Был. Но исчез. Я читал отчеты ваших агентов…

— Твоих агентов, Дайм, твоих. Не забывай, скоро вся МБ будет на тебе…

— А вы займетесь наконец селекцией гиацинтов, светлейший шер. Помню. Так вот, артефакта они не нашли, следов его — не нашли, поиски по всей империи не дали результата.

— Потому что некому было искать, мальчик мой. Для твоих подчиненных Глаз Ургаша примерно так же посилен, как для тебя — Алый Дракон. С другой стороны, это и к лучшему, что ничего они не нашли. Искушение воспользоваться Глазом огромно даже для меня, что же говорить о шерах третьей категории! Если с ним кто и справится, так это ты.

— Вы безбожно мне льстите. Это наводит на нехорошие подозрения.

— Алый Дракон назвал тебя сыном. Это не наводит?

Дайм на мгновение зажмурился. Не наводило! До сего момента — вот совсем! Но Светлейший, как обычно, и в эту бочку меда налил своей паранойи. То есть мудрости.