Прохожих было немного — большая часть обитателей здешних нор выбирались наружу лишь с наступлением темноты — но Лэйд украдкой рассматривал всех встречных, чтобы не позволить застать себя врасплох.

Почти все они были костлявыми, многие с отдающей нездоровой желтизной кожей. Детей почти не было, а те, что встречались, походили больше на личинок, чем на людей — полу-прозрачные, угловатые, стремящиеся укрыться в тени или за камнем. Женщины, если и встречались, мало чем отличались от мужчин. Особая трущебная порода, с тоской подумал Лэйд, выведенная многими годами плодотворной кропотливой селекции — сплошь острые кости, хрящи и зубы. В этих краях даже хищник не нагуляет много жира…

Два или три раза он уводил Уилла в сторону от подозрительных подворотен — ему не нравились смутные силуэты фигур, которые он там замечал. Несколько раз им приходилось переходить на другую сторону улицы, чтоб избежать встречи с подозрительными компаниями или не в меру буйными джентльменами, едва держащимися на ногах и потерявших человеческий облик. Это было неприятно, но терпимо. Если он и боялся внезапной встречи в Скрэпси, то не с такими людьми. Куда больше его беспокоили прочие. Не те, что настороженно зыркали по сторонам, привалившись спиной к стене и скрывая в пальцах ножи. Не те, что таились в подворотнях, терпеливо подстерегая беспечного прохожего. Другие.

Таких он замечал автоматически, к ним прилипал взгляд. Они не выглядели агрессивными, они не выглядели опасными. Напротив, противоестественно расслабленными, равнодушными. Они спокойно восседали на остовах заборов или вяло брели по переулкам, спотыкаясь на каждом шагу. Но в облике их Лэйд замечал то, что заставляло его руку невольно прикасаться к револьверу в потайном кармане грязного плаща, то, что заставляло душу напрягаться всеми своими острыми углами.

Он видел следы — зловещие следы, иногда почти незаметные, иногда тщательно скрываемые.

Истончившиеся и неестественно длинные пальцы, серые и неподвижные. Это могло выглядеть последствием какой-то странной болезни сродни артриту, но Лэйд знал, что это не болезнь. Эти пальцы попросту срастались друг с другом, превращаясь в плавники. Бледная кожа, мелькавшая в прорехах, покрытая не то сыпью, не то коростой, постоянно влажная от невысыхающего пота. Еще не чешуя, но уже и не человеческий кожный покров — нечто среднее, плавно перетекающее из одного в другое.

Скованные шаги едва гнущихся ног у таких людей означали не ревматизм и не артроз. Они означали, что ноги несчастных уже начали срастаться между собой, избавляясь от лишних суставов и превращаясь в массивный гибкий хвост. Жуткие округлые шрамы на шее под подбородком означали не следы былых увечий, оставленных ножами, это были намечающиеся жабры.