Впрочем, проблема отпала сама собой. Выхватив из груды старинного оружия карабин, профессор Вольф взял своих гостей на прицел.
– Никуда вы не пойдете, – прошипел он.
Ружье выглядело таким же древним, как и широкоствольный мушкет, но, похоже, профессора это не особенно беспокоило. Обгорелая бородка придавала ему грозный вид.
– Что вы там химичили возле моей двери? Кто вас послал?
Офелия не замечала карабина профессора. Она видела только страх, затаившийся у него во взгляде. Страх еще больший, чем тот, который она сама пережила во дворе его дома.
– Никто нас не посылал, мы пришли сами, – ответила она. – Нам нужна ваша помощь. А мне к тому же нужно ваше прощение, – в порыве вдохновения добавила она, – ведь у вас в доме я грубо нарушила этические принципы
Профессор Вольф скривился. Карабин он не положил, однако дуло медленно направил вниз.
– Зачем вам понадобилась моя помощь?
– Вы единственный из ныне живущих, кто способен понять, что происходит на самом деле. Ведь вы уже встречали того, кто убил
Глаза профессора стремительно забегали от Офелии к Октавио.
– Вы оба… вы даже не представляете, до чего сумели докопаться. Даю добрый совет: прекратите разнюхивать. Про себя могу сказать, что это не принесло мне ничего, кроме неприятностей. Меньше знаешь – крепче спишь.
Сидевший в своем углу Октавио медленно встал, отряхнул форму и расправил плечи.
– Мы курсанты из роты предвестников. «Уметь заставить и заставить уметь» – вот наш девиз.
Профессор Вольф усмехнулся. Он все еще не выпускал из рук карабин, однако поза его стала менее напряженной. С лица исчезло выражение озлобленности, плечи согнулись, словно под гнетом навалившегося на него непосильного бремени.
Офелия решила, что ей пора разделить тяготы профессора.
– Вы читали книги Е. Д.? – спросила она.
И тут же ощутила на себе обжигающий взгляд Октавио. Его снова поразил вопрос, который он уже слышал из уст Офелии.
Профессор Вольф схватился за горло, как будто девушка перекрыла ему кислород.