Он лишь фыркнул.

— Она меня интересует, — солгал Арон. А потом он прижал меня к себе, положив руку на мою талию. — Засыпай.

Арон всегда спал в моей постели. Из-за этого, а также из-за того, что он игнорировал Юленну, все думали, будто мы трахались. Однажды утром я вышла из палатки со спутанными волосами и заметила ухмыляющихся мужчин, словно они поделились между собой секретной шуткой. Как по мне, то у них действительно был повод решить, будто мы были вместе. Черт, бывали дни, когда я сама задавалась вопросом, почему мы не были вместе. В итоге я позволяла им верить в это. А как я могла это опровергнуть? Заявить, что Арон не интересовался сексом? По обиженному поведению Юленны было ясно, что это не правда. Арон очень любил секс.

Но Бог никогда не приставал ко мне. Никогда не предпринимал шагов к сближению. Если не считать той ночи в Цитадели Тадэхи, можно было подумать, что мы были сестрой и братом… Подобные мысли заставляли меня чувствовать себя расстроенной и раздраженной. Я окинула Юленну внимательным взглядом, пытаясь определить, что в ней было такого привлекательного для Арона, чего не было у меня.

Не то чтобы я хотела привлечь Арона, конечно.

Но если бы у меня получилось…

Я наблюдала, как Юленна ехала рядом с Солатом. Она смеялась и хихикала над его флиртом, из-за чего ее грудь колыхалась под тонкой тканью платья. Волосы женщины были собраны в сексуальную, свободную косу, перекинутую через одно плечо. Наложница выглядела чистой и красивой. Я бросила взгляд на свою тунику. На выцветшей, старой и когда-то принадлежащей мужчине рубашке красовалось пятно от завтрака. Мои волосы были скручены в лохматый пучок, потому что у меня не хватало душевной силы дотронуться до очень грязных локонов. А мои сиськи были туго перетянуты кожаной лентой.

Я определенно не привносила сексуальность в это путешествие.

Хотя, может, я ошибалась. Интересно, стоило ли мне пытаться соблазнить Арона, чтобы он помог мне вернуться домой по окончанию миссии? Я не знала, что и думать.

В течение большей части следующей недели стояла хорошая погода, хотя окружающая местность постоянно менялась. Густые, высокие леса редели, а дороги становились все более каменистыми. С каждым днем холодало, будто мы поднимались в гору. Вскоре по утрам мое дыхание превратилось в клубы пара. Я просыпалась, прижавшись к Арону всем телом, чтобы согреться. Даже если это беспокоило Бога, то он никак это не обозначил. Пока мы ехали, равнины сменились холмами, а затем холмы превратились в массивные, скалистые горы, которые устремлялись высоко в небо.