Инокиня, очевидно, это тоже поняла, и после секундного колебания все же полезла в суму. Через мгновение у нее в руках появились зеркальце в серебряной оправе и парный к нему гребень.

— Дать-дать!!! — шишенка стала возбужденно подпрыгивать на месте, потрясая плащом из водорослей. — Ж-живо-ж-живо…

— Обманешь — убью!.. — зло буркнула Купава и ткнула ей в ручонки подарок.

— Не обмануть… — убежденно пообещала Жужа, одновременно заглядывая в зеркальце и пытаясь расчесать спутанные космы. — Идти за мной, людь, идти…

Болотное создание решительно увлекло нас в сторону от дороги, по которой мы собирались ехать, попутно объяснив, что там живет большой Хрум, совсем дурной, и этому Хруму лучше на глаза не попадаться. У меня в душе все же теплилось недоверие к шишенке: как-никак совершенно чуждое людям создание… но выхода другого нет. И похоже — уже не будет.

Жужа тащила нас по таким трясинам, что пару раз коням пришлось перебираться через бочаги вплавь. Грязь, ядовитая вонь и вездесущие летающие кровососы превращали путешествие в дикое мучение, но, несмотря на это, мы постепенно переставали жалеть, что подрядили шишенку в проводники. Местная нечисть, в изобилии пялившаяся на нас со всех сторон, почему-то нападать не спешила, разглядев, что «отряд» ведет Жужа. А когда из бочаги с ревом поднялась громадная башка, казалось, состоящая из одной пасти, шишенка просто шикнула на нее, и непонятный монстр быстро спрятался назад в болото.

Сколько мы шли, я не знаю, но когда стало уже смеркаться, Жужа, предварительно переговорив с Купавой, привела нас к руинам какого-то дома у подножья холма, на котором стоял замок.

Какая-то живность, громко хлопая большущими перепончатыми крыльями, взвилась из замшелых развалин, а шишенка облегченно вздохнула и заявила:

— Вс-се, прийти. Дальше людь с-сам. Мне надо идти — говорить старшим, что урок выполнить…

— Так тебе это старшие поручили? — возмутилась Купава, зло сбрасывая с себя пласты тины. — Вот же кикимора болотная! Я тебе…

Жужа показала инокине язык и весело прошепелявила:

— Жадный людь, жадный! Бе-бе-бе…

— Ладно, не обижайся, — успокоил я шишенку. — Как бы лошадок наших обезопасить?

— Блестящее давай! — мгновенно заявила Жужа.

— Держи, — я выгреб последние мелкие монетки.

Наша нечаянная знакомая быстро надергала водорослей, сплела из них венки и надела на шеи лошадям.

— Вот, пока не з-засохнет — не т-тронут. П-потом, конеш-шно, с-схарчат…

— Спасибо тебе, Жужа! — от души поблагодарил я ее.

— Спас-с-сибо… — медленно повторила шишенка слово. — Чудный людь, но добрый. Приходи ко мне еще…