— Лежи смирно, — сквозь зубы прошу я и крепче прижимаю ее к себе. — Чем быстрее ты примешь мой дар, тем легче нам обоим будет пережить этот кошмар.

— Я хочу, чтоб ты ушел, — более тверже звучит ее голосок.

— Я знаю, — прикрываю глаза и судорожно вздыхаю, зарываясь в копну каштановых завитков лицом, жадно вдыхаю любимый аромат, словно это могло мне помочь, растворить боль, а не раствориться в ней. — И мне тоже надо заниматься делами, любовь моя.

— Ну, так иди, — обиженно дергается.

— Не могу, — признаюсь я. — Тебе легче?

— Боль… затихла, если ты об этом. На душе не легче.

— Если я уйду, боль вернется к тебе. Поэтому постарайся не двигаться. Не разрывай контакт. — Стараюсь относительно ровно говорить, чтобы не выдать факта, что боль ушла ни куда-то в эфир, а на ее покорного слугу. — Расслабься Малыш, — прошу я, поглаживая ее напряженную спину, переплетя ее лодыжки со своими ногами, максимально вжав хрупкое тело в себя. — Просто поменьше дергайся и скоро все закончится. А браслет… — провожу рукой по украшению, уже ставшим рисунком на коже, неотделимым от нее, — он скоро исчезнет. При желании или необходимости, ты сможешь пожелать его увидеть, и он появится. Но в остальное время, считай, что он в ждущем режиме.

— Я очень зла, — тихо предупреждает меня мой огонек, но я лишь понятливо хмыкаю, сведя челюсти от прошившего тела болезненного спазма.

— Спи Искорка. Скоро все закончится, — целую ее макушку и прижимаюсь к ней щекой. — Отдыхай, любимая…

И моя магия уволакивает сознание девочки в спасительный сон, пока Тьма, окутывает наши тела в единый кокон, переплетая нас в плотный жгут, помогая нам обоим справиться с болевыми ощущениями.

— Прости меня, — напоследок шепнул я Искорке, и уже не знаю, для кого добавил, — надо немного потерпеть.

***

— ЧТО ТЫ С НЕЙ СДЕЛАЛ?! — набросился на меня с кулаками Артем, стоило мне только выйти в гостиную, где Кирилл сидел мрачнее тучи и прижимал к груди голову Лилии. Бедняжка была в крайнем отчаянии и тихо плакала. Прайдон же смотрел на меня бесстрастно. Это у него дар такой. Быть чудовищем при необходимости, поэтому, наверное, он меня отлично понимает. Как и понимает мое отвратительное душевное состояние, от того, что мне пришлось практически пытать любимую.

— Арт, убери руки, пока я их тебе не оторвал, — равнодушно смотрю на злющего демона. — Я, правда, могу, не напрягаясь. — Мой взгляд суров и с каждым мгновением всё тяжелее.

— Я тут с ума сходил, чувствуя ее боль! Да, черт бы тебя побрал, некромант хренов, все чувствовали кошмар, творящийся с Жасминой! Даже они! — ткнул он пальцем в сторону Кирка с Лилией, а ведь они не эмпаты, не менталисты! Да они даже не одной с ней крови, но чувствовали волны страха, боли и отчаяния, сносящие с ног!