Вот будь ты Шефрийский, к примеру, тогда — да, ты был бы ровней всем этим напыщенным господам и дамам. А так…

Ты ровня слугам. И к слугам входить можешь. Но тут начинаются свои тонкости.

Расследование должно быть тайным. А потому…

Не будет тебе ни поддержки, ни помощи. Твой начальник — и то не знает ничего о расследовании. А действовать как?

А единственным способом, которым мужчина может проникнуть куда угодно, не вызывая подозрений. Через женщину.

Милая горничная Лизон Калан уже давно состояла с Варсоном в самых что ни на есть близких отношениях. Товарно-денежных.

Чувства в этом случае ненадежны, что-то не понравилось, или наоборот понравилось, но у другого — и конец чувствам, а информацию получать все равно надо.

Лизон же копила себе на приданое, копила всеми способами и не пренебрегала ничем.

Благородный господин позвал девушку потереть ему спинку? Отлично, поможем с удовольствием, только пусть не забудет расплатиться.

Благородная госпожа? А никакой разницы. Главное — не пол, главное деньги!

Передать записочку? Подарок?

Украсть что-то?

Нет, вот красть Лизон не решалась. А подсыпать разную дрянь, или делать то, на чем ее не могли поймать — спокойно. Нельзя же доказать, что именно услужливая горничная подмешала в крем для лица какую-нибудь травку, от которой благородная маркиза прыщами покрылась в три ряда?

Никак нельзя.

Варсон же предложил Лизон деньги вовсе уж за пустячную услугу. Сказать, что он — ее ухажер.

Не надо с ним гулять, спать, оказывать любые знаки внимания. Он просто любит неприступную Лизон и страдает от ее гордости и непорочности.

Девушка хмыкнула.

Но… а что она теряет? Где работает Варсон, она знала. У всех королевских дознавателей при себе были бляхи с королевским гербом и несколькими личными символами. И подделывать их…

Решались.

Целых два раза.