Домоправительница, госпожа Аманда Ирвен, за короткий промежуток времени получила три письма, и теперь хваталась за голову.

Первое письмо было от господина Сельвиля. Написано оно было раньше всех, под диктовку Лорены, и написано еще до приезда Малены в поместье.

Лорена Домбрийская требовала подготовить комнаты и прислугу, ну и все-все для нее, ее дочери и брата. Ну и конечно, сопровождающих.

Это бы и ничего. Хорошая домоправительница такие вещи подготовит не особенно напрягаясь. Пять там лет прошло, десять — неважно. Справится за десять дней.

Второе письмо было от Марии-Элены.

Герцогесса Домбрийская приказывала подготовить дом для нее и ее сопровождающих. А именно — компаньонка самой герцогессы, а еще его сиятельство граф Ардонский с супругой и тремя детьми.

Про вдовствующую герцогиню с братом и дочкой там ничего не говорилось.

И вот сегодня пришло третье письмо от господина Сельвиля.

Не будь между домоправительницей и управляющим давнего взаимопонимания, да и романа некогда в юности, никогда не решился бы он на подобную фамильярность. Но…

В письме было очень кратко описано все, что произошло в Донэре за последнее время. А именно, что герцогесса прибыла, что общего языка с мачехой и ее родными Мария-Элена не нашла, очень решительно не нашла, вплоть до «не вполне корректного поведения дядюшки ее светлости», и теперь две группы едут в столицу порознь.

Но — едут.

Отношения там самые напряженные, и как все это разрядится — Брату с Сестрой известно. Но боги людям сообщать ничего не торопятся.

Вот и сбивалась домоправительница с ног, вот и хваталась за голову.

Как тут быть?

Герцогесса, безусловно, поселится в доме. И приглашать она вольна кого пожелает. Она — Домбрийская, наследница… кстати, не забыть договориться с портным, куафером, башмачником… вплоть до белошвеек, мода-то не стоит на месте и герцогессе понадобится очень много всего. И Сельвиль намекнул об этом в своем письме.

И про оплату — тоже.

Мария-Элена только что из монастыря, но взялась за дело она очень решительно. И распоряжается своим наследством, как взрослый и опытный человек.

Бедняга не знал, что больше половины распоряжений принадлежали не Малене, которой и в голову не могли прийти выражения вроде «ценные бумаги», «вложить в дело», «развивать торговлю на территории герцогства», а вовсе даже Матильде.

Может, Матильда и не знала, что надо делать с поместьем, зато отлично знала историю, как Руси, так и Европы. Знала, что может получиться, а что не сработает, хотя бы в первом приближении.

Деньги должны работать.