– Да уж, хорошего мало, – помолчав, ответил Арнольд. – Начнем с того, что у внешних границ вновь заметили корабли квадройдов.

– В курсе, «Мантикора» пыталась догнать один, дак он драпанул так, что аж пространство завибрировало, боятся они нас теперь.

– Боятся, только все равно лезут. За какие-то полгода три десятка сообщений о встречах, а сколько капитанов просто не посчитало нужным доложить. Радует лишь тот факт, что эти четырехрукие гады пока не нападают. Кстати, ты в курсе, что, несмотря на их внешний вид, по строению они все же ближе к насекомым?

– Вот даже как? – удивился Дорнер.

– Именно так. У них так называемый внешний скелет, а кожа на самом деле и не кожа, а некая разновидность хитинового покрова. Ты что, совсем отчеты не читал?

– А когда? Своих проблем перед началом учебного года по горло, а еще финансирование опять резанули, чую, придется кое-где программу сокращать и часть техники отправлять на консервацию.

– Это плохо. – Комиссар нахмурился. – У нас тревожных служб и так шиш да маленько, если так дальше пойдет, то вскоре одни киборги в спасателях и «стражах» останутся.

– Не преувеличивай, – усмехнулся командор. – Неприятно, конечно, но пока не смертельно. Что недодадим, наверстают потом в полевках на стажировке, так даже лучше, сразу рабочего опыта наберутся.

– Одно другому не мешает, – возразил Арнольд, поднимаясь из кресла и подходя к окну. – Попробую поговорить кое с кем в Совете, думаю, тут смогут помочь.

– Буду весьма благодарен.

– Брось.

Комиссар скрестил руки на груди и некоторое время молчал, рассматривая пустую аллею за окном.

– Знаешь, прошло столько лет, а я до сих пор скучаю по академии, – наконец тихим голосом сказал он. – Тут было все как-то проще.

– Так возвращайся, с радостью уступлю тебе это кресло, а сам вернусь в кураторы, мне там тоже проще было.

Арнольд грустно усмехнулся и покачал головой.

– К сожалению, это невозможно, ты же знаешь. Я увяз в политике по самые гланды, и теперь вырваться оттуда практически невозможно.

– Что, власть затягивает?

– Нет, мне как-то на это плевать. Просто слишком много на мне сейчас завязано, слишком многое от меня зависит, и этот груз просто так не сбросишь, поверь. Увы, прошлое не вернуть, дружище, как бы мы этого ни хотели.

– Да, это так.

Марк поднялся из кресла, подошел к Арнольду и, ободряюще похлопав его по плечу, распахнул окно. Усевшись на широком подоконнике, он вытащил из кармана пачку с сигаретами и, достав одну, щелкнул пальцем по кончику, заставив ту задымиться.