В конце ужина за столом вместе с капитаном остались только три человека: Загребной, граф Ярке, который вежливо помалкивал, да Торрекс. Ветерана тоже увлекла эта тема, и порой он весьма рьяно оспаривал мнение старого морского волка. Семену только и оставалось, что вовремя подбрасывать очередной вопрос. Нимим ушла к сестре: Бениды собирались сварить снадобье, которое, по их уверениям, отлично успокаивало желудок при сильной качке. Делали они это снадобье не столько для себя, сколько для Виктории.

Вдруг в кают-компанию вбежал помощник капитана и крикнул:

– Произошла резня между наемниками и воинами графа! По крайней мере, один из них убит.

Все вскочили на ноги и, толкаясь, поспешили к выходу. Только Торрекс схватился за грудь и застонал. Ведь это для матросов пассажиры делились на наемников и воинов графа. Для ветерана же все делились на его племянника и прочих. Поэтому он в первую очередь подумал о самом худшем – и предчувствия его не обманули.

В коридоре, который разделял каюты первого и второго классов, лежали три окровавленных тела. Возле них хлопотали судовой врач и помогающие ему матросы.

Чуть дальше матросы перевязывали Теодоро, над которым с мечом на изготовку стоял Савазин. Юноша был без сознания. Неподалеку от него, истекая кровью, лежал один из графских воинов.

Даже при беглом взгляде можно было понять, что потасовка получилась изрядная: переборки были забрызганы кровью, обшивка прорезана. Даже на подволоке виднелись красные пятна.

– Что здесь произошло? – спросил капитан.

– Я шел по коридору с той стороны, когда услышал здесь угрожающие крики и звон мечей, – сказал один из матросов. – А затем увидел, как эти двое, – он указал на графских воинов, – пытаются проткнуть ножами того наемника. Хоть ему с мечом и неудобно было, но этому он горло вспорол, а сам уже на ногах еле стоял. На мои крики остановиться они не обращали внимания, зато прибежал вот этот гензыр и дал по ногам этому воину.

Савазин кивнул и добавил:

– Я перерубил ему сухожилия, иначе он бы убил Теодоро.

Еще некоторое время выясняли тяжесть полученных ран, в чем помогли выскочившие на шум Бениды. Племянник Торрекса был в очень тяжелом состоянии, тогда как графскому воину смерть не грозила.

– Разнести раненых по каютам! – приказал капитан.

В этот момент сквозь толпу матросов прорвалась Виктория. Некоторое время она округлившимися глазами разглядывала все вокруг, а потом выхватила короткий кинжал и со скоростью атакующей пантеры бросилась к стоящему в сторонке Ярке:

– Это ты приказал им напасть!

Только самоотверженные действия нескольких матросов и Хазры, которая повисла у девушки на плечах, позволили избежать очередного кровопролития. Ярке, побледнев, отскочил от нее и крикнул: