– Зачем?! – поразилась принцесса.

– Понятия не имею. Решил, что я узник, в отношении которого не выполняются надлежащие инструкции.

– Уф! – Теперь она вздохнула с некоторым облегчением: – Как хорошо, что у тебя только пятый уровень и без твоих возможностей ты вполне можешь обходиться. Не правда ли?

– Ну да… конечно… только вот все равно бы хотелось лучше видеть и слышать демонический мир. Мало ли какие там опасности царят…

«Ага! – злорадно подумала принцесса. – Так и не хочешь признаться, какой у тебя уровень! Ну ничего, я тебя еще выверну наизнанку!»

А вслух утешила:

– Не волнуйся, за ним есть кому присмотреть. Тем более, – она оживленно соскочила у него с рук и уселась прямо на столе для следователя, – что основное событие сегодняшнего утра произошло в столице именно в человеческом мире. Ты себе только представь: демоническая княгиня Баталжьень начала непримиримую войну с баронетой Коку Мелиет, в результате чего поместье нашей самой опозоренной красавицы превратилось в руины.

– Ох, ничего себе!.. Руины? Но почему опозоренной?

– До потому, что в момент нападения Коку находилась в собственной спальне в окружении сразу троих саброли и двоих подкормленных шауреси охранников. Все остальные слуги были в шоке от поведения своей хозяйки.

– Но где она взяла наркотики?

– О! Эта проныра все достанет при желании удовлетворить свою похоть.

Федору почему-то стало очень грустно, и он уже просто по инерции спросил:

– И что с ней сейчас?

– Ха! Если бы я знала! – с неожиданной злостью воскликнула принцесса. Но сразу спохватилась и дала надлежащие пояснения: – Труп так и не нашли среди обломков здания, и есть подозрение, что в демонический мир развратницу уволокли слуги княгини. Хорошо, если просто для магического расчленения трупа, а если Коку еще жива? Зная страшную репутацию Хаккуси, я бы лучше пожелала баронете умереть сразу в своей кровати. Все-таки лучше, чем после многодневных мучений…

«Но все равно эта рогатая ведьма могла не выполнить своего обещания: убить баронету быстро и беспощадно! – внутренне переживала Бинала. – Только не хватало мне нажить такого опасного врага, как Баталжьень после допроса, где из этой дуры Коку быстро вытянут все признания о нашем с ней сотрудничестве. Тут я ошиблась! Не продумала все варианты событий: враги не должны попадать друг другу в плен. Только трупы умеют молчать, а вот живые…»

А Федор никак не мог подавить странное чувство вины. Казалось бы, и ненависть полыхала, и презрение к подлой, развратной рабовладелице, но все равно из-под огня этих чувств пробивались робкие ростки непонятной жалости. Словно он сам поступил неверно, и, скорее всего, именно по его вине несчастная баронета сейчас находится по самые уши в смертельно опасной ситуации. Если вообще уже не пала жертвой жестоких и страшных пыток. Причем он сразу прекрасно осознал и сам повод для такой громкой войны между представительницами разных миров: один-единственный, никому особо неизвестный саброли. Бесправный раб, которого по какой-то причине не просто перепродавали друг другу, словно никчемную игрушку, но стали похищать, а впоследствии воевать из-за него.