По сравнению с его бывшими рабовладелицами открывшая ему свои самые сокровенные помыслы принцесса выглядела словно святая спасительница всего мира. За подобное доверие такую сподвижницу можно смело носить на руках остаток всей жизни, а потом бесстрашно пасть в бою, защищая своим телом от любой опасности.

В какой-то момент Федор задумался: не рассказать ли о своих родственниках на Изнанке и о своем отце, который уже наверняка в Хаюкави? Да и про свой уровень Шабена следовало сказать немедленно. Пусть будущая королева Колючих Роз сразу рассчитывает на его магическую силу в своих планах. Но если про умения он решил сообщить при первом же удобном в разговоре случае, то про отца какое-то истерическое чувство буквально орало внутри сознания: «Не признавайся! Ни за что не признавайся!»

Бинала на какое-то время выскочила из комнаты и вернулась с вещами.

– Значит так, надевай все это и тщательно закутывайся. Сейчас поедем в одно тайное место, и я там тебя спрячу на несколько дней, пока все не успокоится. Этому министру хватит хамства еще моей матери нажаловаться, а с ней мне сейчас ругаться нет никакого резона. Да и не захочет она слушать мои доводы и здравые рассуждения.

Она пронаблюдала, как ее любовник надел шляпу, прикрыл лицо темным платком и завернулся в плащ до самого пола. Чуть подправила полу плаща, томным жестом приподняла платок и коротко поцеловала в губы.

– Двигайся за моей спиной и молчи при любых вопросах или обстоятельствах!

Они поднялись на парочку этажей, поплутали по нескольким длинным коридорам, протиснулись в незаметную железную дверку и выбрались на хозяйственный двор этого казенного здания. Там уже и принцесса приподняла с плеч большую шаль, прикрывая свои волосы и лицо, и первой нырнула в небольшую крытую карету. Места для недавнего саброли почти не оказалось: ему с трудом удалось усесться боком на горе книг и нескольких баулов с личными вещами, которые каким-то невероятно быстрым образом скопились в тюремной камере. Видимо, тюремщики, действующие по строгому приказу, забрали и погрузили буквально каждую мелочь. Через минуту карета тронулась, выехала за ворота и неспешно покатила по улицам столицы. При густом полумраке внутри кареты Федор попытался прощупать корешки книг.

– Те самые, которые ты отобрал в тюремной библиотеке. Только сразу к тебе просьба: когда через пару дней будешь обживаться на новом месте, эти книги с собой не бери. Они все-таки запрещенные, и лучше будет не давать даже формального повода для твоих гонений.

– Понятно. А куда мы направляемся сейчас?