Бан прижал девушку к дверному косяку. Тело к телу.
– Что
Она приветствовала поцелуй, наслаждаясь его теплотой и простотой, когда все кругом было непросто. Губы, язык, их зубы и сердца.
Элия откинулась на спинку стула и произнесла:
– Я хочу спасти всех.
– Значит, ты против меня, – прошептал он, расположив мутно-зеленые глаза слишком близко к ее.
– Нет. – Она коснулась его губ пальцами и оттолкнула молодого мужчину. – Я хочу спасти и тебя тоже.
По мрачному выражению лица было ясно – Бан ей не верит. Она заставит его поверить, так же, как и своих сестер.
– Иди к Гэле и приведи ее ко мне в замок Эрригал. Я заберу своего отца и пойду за Риган. Мы будем ждать там, и когда ты и моя старшая сестра придете, то увидите, что я могу сделать.
– Я пойду к Гэле. – Губы Бана едва шевелились под ее пальцами.
– Хорошо. – Она снова начала целовать Бана, но внезапно появилась Аифа.
– Элия, – произнесла с широко раскрытыми глазами Аифа. Она приближалась сквозь хлюпающую грязь с женщиной позади себя. – Ты…
– Я должен идти, – пробормотал Бан.
– Береги себя, Бан, – сказала Элия. Он кивнул, затем взял пояс с мечом и оставил девушек.
Элия видела, как он уходил, когда они были еще плачущими детьми, его плечи тряслись в горе от несправедливости. Он видел, как она уходила в прошлом месяце у стоячих камней: он пылал, как факел, зажатый в своем подсвечнике, а ее сердце замерзло и оцепенело.
Это был третий отъезд, и Элия не содрогалась в горе и не застревала на одном и том же месте. Она была готова.
Элия радовалась вчерашней буре и всей ее необузданной силе, столкнувшей принцессу с Баном. Буря прошлась по небу прошлой ночью. Звезда провалилась сквозь тьму и приземлилась там, где он родился – в корнях Иннис Лира, в зарослях шипов и диких теней. Независимо от того, что было дальше, здесь находились нити звездного света, и Элия понимала их.
На опушке леса летала стайка лунных мотыльков, а бледные духи бросались в мерцающие тени, как раз туда, где Элия уже не могла видеть. В звуках тихого течения ручья Элия услышала безнадежное эхо имени ее звездной сестры, но лес больше ничего не скажет.