— Сколько я пролежала?

— Почти сутки, — ответила Лавиани.

— Меня вчера словно молнией ударило. Я увидела, как где-то на западе рвутся нити. — Ее голос упал до шепота. — Сотнями, тысячами. Они исчезали, и в мир приходила темнота.

Бланка конечно же не видела, как Шерон и Лавиани встревоженно переглянулись.

— Ты не знаешь где?

— Далеко. Но там был Мильвио.

— Что?! — почти вскрикнула Шерон.

— Мильвио, — терпеливо повторила Бланка. — Пепельные нити, сквозь которые проступает рубиновый свет. Я уверена, что это он. А еще там был тот, кто гасил эти нити, и вокруг него расползалась тьма, и я… Я сшивала то, что рвалось. С помощью Арилы… дала ему возможность уйти прежде, чем стало совсем темно.

— Кой шаутт происходит, рыба полосатая? Может, она бредила?

— Нет. Я видела это четко.

— Я ей верю. — В голосе Шерон была явственная тревога. — Возможно, ты и права, Лавиани, что везешь нас в Риону. Что бы ни происходило на другом берегу Лунного залива, нам надо туда. Надеюсь, с Мильвио все в порядке.

Снаружи раздались предупреждающие крики, затем застучали колотушки сигнальщиков.

— Что еще стряслось? — проворчала Лавиани, выходя из шатра.

Люди в цветастых халатах, караванщики, погонщики, охранники и многочисленные слуги, собирались у дороги, глядя вниз, на каменистую солнечную долину, по которой цепочкой двигались несколько десятков туаре. Они уже начали подъем сюда, к плато с оазисом, и скоро должны были добраться до их стоянки.

Сойка быстро оценила происходящее, не слушая разговоры людей и догадки, поспешно вернулась в шатер.

— У нас гости.

Шерон на мгновение устало прикрыла глаза:

— Зря мы так надеялась, что они не нападут на след. Герцог Эш-Тали не отпустит нас. Это ведь его люди?

— Ты всегда была умной девочкой. Над караваном черный флаг с грифом, это гвардия. И на солнце блестит металл, у них много оружия. Есть и лошади, не знаю, как уж они выжили по этой жаре, но к нам спешат гонцы.

— Сколько им надо времени? — спросила Бланка.