Мор смотрела то на меня, то на Риза, покусывая губу.

— Пожалуйста, — дрогнувшим голосом прошептала я.

Риз снова меня окликнул.

Мор еще раз вгляделась в меня и стиснула мою руку.

Ветер и ночь поглотили нас.

Я очутилась в царстве ослепительного света. На склонах гор, искрясь под полуденным солнцем, лежал свежий снег. Единственной грязнулей в этих местах сверкающей чистоты была я.

Я оказалась высоко в горах. На расстоянии нескольких сотен локтей я увидела деревянную хижину, втиснувшуюся между соседними склонами. Они надежно защищали ее от ветра. В окнах хижины было темно. Вокруг — никого.

— Дом — под особой магической защитой. Никто не сумеет совершить переброс внутрь. Никто вообще не появится в этих местах без нашего позволения.

Мор направилась к хижине. Снег весело поскрипывал под ее сапогами. День выдался безветренный, поэтому было сравнительно тепло. Весна добиралась и до здешних краев, хотя после захода солнца мороз возвращался. Я поплелась за Мор, ощущая, как звенит магическая сила, соприкасаясь с моей кожей.

— Тебе позволено войти, — сообщила Мор.

— Потому что я — его пара?

— Сама догадалась или он тебе сказал? — не оборачиваясь, спросила Мор.

Ее ноги по колено утопали в снегу.

— Мне сказал суриель. Я поймала его, чтобы узнать, как исцелить Риза.

— Что с Ризом? — спросила Мор, сопроводив вопрос ругательством.

— Жить будет.

Других вопросов она не задавала, а меня не тянуло рассказывать о вчерашнем нападении. Мы подошли к двери хижины. Мор взмахнула рукой, и дверь открылась.

Большая комната одновременно служила гостиной, столовой и кухней. Слева громоздился кожаный диван, покрытый меховыми накидками. Напротив входной двери была другая, открывавшаяся в коридорчик с общей купальней и двумя комнатами поменьше. Вот и весь дом.

— Когда были помоложе, мы любили сбегать сюда для «размышлений», — рассказала Мор. — Риз ухитрялся протащить сюда книги и выпивку для меня.

При звуке его имени я сжалась.