В ее голосе я уловила напряжение и настороженность.

— Я пытаюсь разобраться в отношениях внутреннего круга. Вам же приходится действовать сообща.

Мор фыркнула. Напряжение исчезло. Я старалась не показывать своего облегчения.

— Нас связывают пять веков запутанной истории. Если хочешь понять наши отношения, придется распутывать весь клубок. Желаю удачи.

Я не хотела распутывать чужие клубки. Со своим бы разобраться.

Рядом со ртутными глазами Амрены появились медово-карие глаза Мор.

— А теперь нарисуй глаза Азриеля. Рядом с моими. Глаза Кассиана нарисуешь справа от глаз Амрены.

Я ошеломленно посмотрела на нее.

— Тогда мы все будем наблюдать за тобой, пока ты здесь, — сказала Мор, награждая меня по-детски невинной улыбкой.

Я спрыгнула с табуретки, соображая, какие краски нужно взять, чтобы получился светло-коричневый, с зеленоватым отливом тон.

— Разве так плохо быть его парой? — вдруг спросила Мор. — Стать частью нашего двора, войти в нашу семью и нашу запутанную историю?

Я взяла чистое блюдце. Краски, которые я смешивала, казались мне переплетением нескольких жизней.

— Нет, совсем не плохо.

У меня уже был ответ.

Глава 53

Глава 53

Мор осталась на ночь. После ужина ее тоже потянуло рисовать, и она выбрала себе участок вокруг двери в кладовку. Ее рисунки чем-то напоминали детские. Мор изобразила трех тощих женщин с неестественно длинными развевающимися волосами — такими же, как у нее самой. Рядом она нарисовала троих крылатых мужчин, сумев придать их лицам напыщенно-важное выражение. Глядя на ее картину, я не могла удержаться от смеха.

Хижину она покинула после завтрака. Переброс изнутри был невозможен — магия защищала горное жилье от подобного проникновения. Мор пришлось отойти на сотню шагов. Я вышла на крыльцо и помахала ей. Вскоре ее фигура подернулась дымкой и исчезла.

Я осталась на крыльце. За эти дни снег заметно отступил, появились широкие проталины с пожухлой прошлогодней травой. Вскоре ее сменит свежая, и белые полянки позеленеют. В горы придет весна, а потом и лето. Возможно, недолгое, но все-таки лето. В кладовой я наткнулась на удочки и другие предметы, подсказывающие, что и здесь бывает тепло. Пока же мне не хватало воображения, чтобы представить на месте снега шелковистую траву и полевые цветы.

Зато перед глазами промелькнули другие картины. Я увидела себя бегающей по лугу, что сейчас еще спал под истончившейся коркой снега. Я перепрыгивала через ручьи, лакомилась сочными летними ягодами и смотрела, как солнце медленно опускается за вершины гор…