— И потому, Фейра, мы будем упражняться, пока есть такая возможность. Неизвестно, чем потом может обернуться каждый дополнительный час занятий.

История Нефеллы всколыхнула меня. Забыв о содранных ладонях и ноющих мышцах, я встала и расправила крылья.

— Тогда продолжим занятия.

В нашу спальню я не пришла, а прихромала. Риз сидел за столом, листая книги.

— Я же тебя предупреждал: Азриель — упрямый и безжалостный придурок, — не поднимая головы, сказал он.

Он взмахнул рукой, и из купальной донесся звук льющейся воды.

Я пробормотала слова благодарности и поплелась в купальную. Боль в спине, бедрах и костях заставляла сжимать зубы. Болела каждая часть тела, отчего я не могла убрать крылья. Они волочились за мной, шурша по дереву, ковру и снова по дереву. Это был единственный звук, сопровождавший шаги моих предельно уставших ног. Пар над купелью манил поскорее залезть в горячую воду, но на это у меня не хватало сил.

Еще один круг мучений: сбрасывание одежды.

В спальне скрипнул стул. Послышались мягкие, кошачьи шаги, затем…

— Хотя ты и знаешь, но позволь напомнить: купель существует не для созерцания, а для мытья.

У меня не было сил, чтобы зыркнуть на Риза. Я шагнула к воде, споткнулась и, наверное, ударилась бы лбом о стенку купели, если бы он меня не подхватил.

Вся одежда на мне исчезла. Вероятно, отправилась в прачечную. Риз осторожно опустил меня в воду. Вместе с крыльями.

Я лишь застонала, наслаждаясь горячей водой. Голова сама собой привалилась к стенке купели.

— Я сейчас вернусь, — пообещал Риз, выйдя из купальной, а потом и из спальни.

Пока он ходил, я успела заснуть. Риз осторожно коснулся моего плеча.

— Вылезай, — сказал он, но вытащил меня сам, вытер и отнес на кровать.

Риз уложил меня на живот. Весь столик был уставлен принесенными им снадобьями. Я почувствовала слабый аромат розмарина и еще чего-то знакомого. Но вспоминать название мне было тяжело. Ладони Риза блестели от какой-то мази. Через мгновение она оказалась на моей истерзанной спине.

Вместо благодарности я недовольно застонала. Риз принялся разминать мышцы спины. Я вскрикивала и взвизгивала, когда он касался самых больных мест. Но пальцы Риза двигались с необычайной осторожностью. Постепенно обжигающая боль сменилась тупой и вполне терпимой.

А потом он взялся за мои крылья.