Я поняла, что переступила черту. Задавать такой вопрос было нельзя. Лицо Хелиона помрачнело от ярости.

— Берон — верховный правитель. Она — его жена, мать его сыновей. Она предпочла остаться с ним. Понимаешь? Предпочла. Тебе еще очень и очень многое в нашем мире незнакомо и непонятно. Впрочем, ты и сама оказалась в ситуации, когда чужое вмешательство добром не кончается.

Я не потупила взгляд и не стала извиняться за бестактный вопрос.

— Сегодня ты почти не обращал на нее внимания.

— У нас были более важные дела.

— И Берон не пытался призвать тебя к ответу?

— Берон не настолько глуп. Это было бы сродни признанию, что его… собственность водила его за нос. И потому наш маленький танец продолжается. Век за веком.

Если отбросить грубоватое очарование Хелиона и его браваду… не думаю, что оборванные отношения с любимой женщиной казались ему «танцем».

Но если все кончилось давным-давно и она больше не встречалась с Хелионом, позволять Берону так ее унижать…

«Не знаю, до чего ты там додумалась, но убери этот ошеломленный взгляд», — сказал мне по связующей нити Риз.

Я натянуто улыбнулась и сказала:

— Похоже, всем верховным правителям нравится устраивать спектакли.

Хелион улыбнулся лишь губами. Риз решил уйти от щекотливой темы и спросил у него:

— Скажи, в твоих многочисленных библиотеках тебе нигде не встречались сведения о том, как можно залатать бреши в стене?

Хелион сразу принялся расспрашивать, зачем нам это нужно, как король намеревается использовать силу Котла и так далее. Он забрасывал Риза вопросами, получая быстрые и четкие ответы.

Я продолжала рассеянно кивать, уходя все дальше от разговора. Потом… Догадка, пронзившая меня, была настолько очевидна, что я удивилась, как не поняла это еще в зале. «Хелион — отец Ласэна», — сказала я по связующей нити.

Риз умолк, сделав вид, будто обдумывает вопрос Хелиона. Потом…

«Чтоб мне утонуть в Котле!»

Потрясение, охватившее его, метеором пронеслось по связующей нити.

Я обвела глазами гостиную, почти не слушая рассуждений Хелиона о способах латания стены. Пользуясь тем, что он смотрит в сторону, я принялась изучать черты его лица. «Риз, ты посмотри. Тот же нос, та же улыбка. Голос похож. Даже кожа у Ласэна смуглее, чем у братьев. Золотисто-коричневая. А его братья были бледнокожими».