На последнем слове голос Риза дрогнул. Я даже зажмурилась, думая, что у меня разорвется сердце.

Голос Кассиана тоже дрожал.

— К сожалению, я уже никогда не смогу отплатить твоей матери за ее доброту. Пусть это будет моим даром ее памяти. Позволь нам выиграть время для тебя.

— Не могу.

Вряд ли в иллирианской истории когда-либо происходил похожий разговор.

— Можешь, — тихо и с какой-то нежностью возразил Кассиан. — Можешь, Риз. Нельзя забирать всю славу себе. Оставь и нам по кусочку.

— Кассиан…

Словно не слыша его, Кассиан спросил у Несты:

— Все необходимое при тебе?

Неста кивнула.

— Амрена показала мне достаточно. Я знаю, что надо делать, чтобы притянуть силу к себе.

Если мы с Амреной вдвоем сумеем утихомирить Котел… Если отвлекающий маневр Несты сработает…

Неста глянула вниз. Элайна с нескрываемым ужасом смотрела на сражение, успевшее превратиться в кровавое побоище.

— Поблагодари отца за меня, — тихо сказала Неста и крепче обняла Кассиана.

В серо-голубых глазах светилась лишь решимость. Кассиан стал набирать высоту.

Чувствовалось, Риз едва сдерживается, чтобы не полететь вслед за ними. Кассиан мчал Несту к рощице, находящейся далеко за полем битвы.

— Возможно, Кассиан уцелеет, — тихо сказала я.

— Нет, — покачал головой Риз, опуская нас на холм. — Не уцелеет.

Я попросила его перебросить Элайну в самый дальний край нашего лагеря. Вернувшись, Риз быстро поцеловал меня и тут же взлетел, направляясь в самое пекло битвы. У меня едва хватило смелости посмотреть, куда он опустился.

Мы с Амреной остались вдвоем.