На стене появились новые строки.

Хан перечитал их несколько раз, пока не запомнил. Тем не менее юношу не переставали терзать смутные сомнения.

– Однако я сильно рискую, – сказал он. – Если я устрою погром в их комнатах, а твое заклинание не сработает, у меня возникнут серьезные проблемы. – Он махнул рукой. – Покажи мне что-нибудь. Хочу посмотреть, как ты колдуешь в реальном мире.

Ворон задумался и ответил:

– Понимаю твое беспокойство. Но нам придется покинуть Эдиеон в таком виде, в каком я себя не выдам.

Вельможа пошел прямо на Хана. Тот попятился назад, но вскоре уперся в стену. Чародей продолжал надвигаться до тех пор, пока не слился с юношей, которого будто обдало ледяным горным ветром.

– Теперь закрывай портал, – раздался в голове Алистера голос Ворона.

Хан взялся за амулет и прочел заклинание.

Снова кромешная тьма.

Открыв глаза, путешественник в мир грез увидел испуганного Танцующего с Огнем. Почти кромешная тьма указывала на то, что это настоящая колокольня Мистверка. На Хане была его одежда, а руку поддерживала повязка. В ключице пульсировала боль.

Танцующий с Огнем вскочил на ноги.

– Одинокой Охотник! Что случилось? Почему ты так быстро вернулся?

«На это потребуется совсем немного силы. Собственно, на мощные заклинания ты сейчас и не способен, – зашептал голос чародея в голове Хана. – Произнеси ту строчку-закрепитель».

И тут руки Хана сами собой потянулись к амулету, а губы начали проговаривать слова заклинания, словно юношей управлял Ворон.

Первые несколько мгновений ничего не происходило, а затем послышалось шуршание. Все вокруг зашевелилось. Стены колокольни будто бы ожили и превратились во множество усатых морд с острыми зубами.

Из каждой выемки и трещины выползали крысы с мышами и неслись к Хану, словно мохнатая серая волна, усыпанная червеобразными хвостами.

Сверху донеслись хлопки. Алистер поднял голову: из-под самой крыши колокольни на него устремился рой летучих мышей с горящими глазками-бусинами и игольно-острыми зубами.

– А-а-а-а! – Хан инстинктивно закрыл здоровой рукой голову и лицо.

Юноша почувствовал прикосновение жесткой кожи. Стоило летучим мышам врезаться в него, как они с распростертыми крыльями падали на пол и бестолково бились там.