– И что же случается в такие моменты? – саркастично спросила Раиса. – Тебя поражает молния или?..

– Я чувствую головокружение и тошноту, а после – мучительную боль. Мне становится очень плохо, и я… мне приходится останавливаться, – пожал плечами Амон.

– И когда такое случалось?

– В пути, когда мы спали в одной палатке, и ты… м-м-м… облокотилась на меня. И еще раз, когда мы целовались, перед встречей со Слотом.

Раиса окунулась в воспоминания. Действительно, в обоих случаях юноша выглядел нездоровым и бледным, покрывался потом и с трудом дышал.

– Может, это были угрызения совести? – спросила она. – Может, дело не в угрозе династии, а всего лишь в пресловутой чести Бирнов? Ты знаешь, что нам нельзя быть вместе, вот и…

– Думаешь, я лгу? – Амон свел черные брови. – Думаешь, я так пытаюсь от тебя отделаться?

– Если это действительно так, не нужно усложнять. Просто скажи, что не любишь меня, и я смирюсь.

– Что-что?

– Ты не расслышал? Просто скажи: «Раиса, я не люблю тебя и ни за что в жизни не полюблю». Только и всего.

– Это ни к чему хорошему нас не приведет…

– Говори!

Амон провел рукой по волосам, и они снова упали на лоб. Капрал поднялся со стула и принялся расхаживать взад-вперед.

– Хм…

Амон продолжал мерить шагами комнату, будто пойманная в клетку лиса.

– Может, ты наконец сядешь? Ты меня раздражаешь!

Он подошел и уселся рядом с принцессой.

– Я не могу этого сказать, – пробормотал капрал, глядя в пол.

– Почему же?

– Потому что это неправда. – Амон посмотрел на Раису.