Что, если вся жизнь принцессы была соткана из лжи? Это ли ожидало Раису в будущем? Манипулировать другими для достижения собственных выгод?
«Важно не только реальное положение дел, но и видимость. Если тебя считают слабой, мама, значит, так оно и есть, – подумала девушка. – Даже если это просто твоя стратегия выживания».
Странно, что королева не упомянула о намерении Верховного Чародея провозгласить Меллони наследной принцессой. Марианна не хотела тревожить дочь? Не хотела, чтобы она устремилась домой – навстречу опасности?
Или мать хотела, чтобы Раиса пробыла на юге до тех пор, пока изменения в престолонаследии не вступят в действие?
Раиса доверяла Талии и Хейли больше, чем кому-либо при дворе. Не считая Амона, конечно.
Допустила ли она какую-то ошибку, которая заставила Совет чародеев полагать, будто принцесса доставит им хлопоты?
Семестр подходил к концу. Следовало ли Раисе смиренно ждать, пока мать не позовет ее домой? И разрушило ли бы возвращение принцессы хрупкий карточный домик, коим являлось ее королевство?
Разве возможно быть более одинокой?
Раиса упала на спину. Из ее глаз полились слезы, стекая по вискам.
Глава 29. Потерявшееся дитя
Глава 29. Потерявшееся дитя
Хан торопился, а потому срезал путь до моста напрямик по зеленой траве лужайки. Был вторник. Уже завтра должен будет состояться урок с группой декана Абеляр, а потому он не спал уже вторую ночь подряд. День они провели с Танцующим с Огнем, проверяя изготовленный горцем оберег из летучей рябины. Дело в том, что было нелегко найти такой состав, который бы не воздействовал на силу самого Хана.
И теперь он опаздывал на встречу с Ребеккой.
Вдоль улицы выстроились торговцы цветами. Чего в Оденском броде было больше, чем в Фелле, – так это цветов. Анютины глазки здесь выращивали круглый год. Глубокий алый оттенок символизировал кровь Ханалеи, а белый – звезды. Из Ви’инхевена сюда доставляли всевозможные цветущие кактусы. Магнолии были такими огромными, что их можно было использовать вместо тарелок. Были здесь и орхидеи всевозможных оттенков и расцветок. А теперь еще появились тюльпаны, нарциссы и полураскрывшиеся ирисы.
Ребекка любила цветы. Она рассказала, что скучает по любимому домашнему саду.
Повинуясь велению сердца, Хан остановился у одного из торговцев и купил букет.
В «Черепахе и рыбе» оказалась полно народу, но Талии и Пэрли не было видно. Хан приветственно кивнул Линцу, бармену таверны, и поднялся на второй этаж.