– Ты никогда не спрашивала. На Тряпичном рынке и Южном мосту каждый день кто-нибудь умирает. Какое до этого дело высокородным вельможам? Для них это лишь очередная грустная история.

– Нет… Мы же не все такие. – Нижняя губа девушки задрожала.

– Конечно, не все, – фыркнул Хан. – Ее несчастное высочество, наследная принцесса иногда швыряет беднякам пару монет из своих карманных денег, а мы должны за это падать пред ней на колени и благодарить.

– Принцесса добивается совсем не этого, – обиженно прошептала Ребекка. – Она не ждет благодарностей. Она хочет…

– Конечно же, ты будешь ее выгораживать! Аристократы всегда держатся вместе.

На этот раз девушка возражать не стала. Она принялась рассеянно крутить золотое кольцо на указательном пальце, глядя прямо перед собой. Лицо ее было белым, как лист бумаги.

Чем дольше тянулось молчание, тем более виноватым себя чувствовал Хан. Понятное дело, что Ребекка заступалась за них.

Все ее окружение состояло из высокородных. Но она не была врагом.

– Ладно, прости меня, – нарушил молчание Хан. – Не думал, что это так тебя заденет. Ты можешь быть аристократкой, но я не виню тебя в произошедшем. – Он накрыл ее руку своей.

Казалось, извинения нисколько не успокоили Ребекку. В конце концов, девушка не была повинна в том, что жизнь Хана была одним сплошным несчастьем. Юноша раздумывал, как лучше сказать ей об этом, но она в это время резко отодвинула стул, чуть не опрокинув его, и встала.

– Мне нужно уйти. – Наставница схватила суму. – Прошу тебя, прими… мои искренние соболезнования, – произнесла она дрожащим голосом. – Не могу передать, как мне жаль…

Словно преследуемая демонами, Ребекка выскочила за дверь, забыв букет. Послышался стук каблуков по лестнице, а затем – тишина.

На мгновение Хан оцепенел.

– Ребекка! – воскликнул юноша. – Подожди!

Он сгреб бумаги и учебники в суму, а затем бросился вниз.

Когда чародей спустился на первый этаж, Ребекки уже и след простыл. Завсегдатаи уставились на юношу с жадным любопытством. Он устремился к мосту, озираясь по сторонам, и наконец заметил девушку, которая шла в сторону Вьена.

Хан побежал за ней, петляя между учениками и преподавателями, которые, прогуливаясь, наслаждались теплой весенней погодой.

Плачущая девушка еле брела, и со своими длинными ногами он быстро ее догнал и схватил за руку.

– Ребекка, умоляю, не убегай! Прости меня. Прости! Я не должен был тебе всего этого говорить.

Зажмурившись, она покачала головой. Слезы наворачивались ей на глаза и одна за другой катились по щекам.