– Вообще-то у нас еще нет клубов, названных в честь председателей. Шикарная мысль!

– Думаешь? Не слишком экстраординарно? Не отпугнет комиссию избирателей?

– Нет-нет. – У Артемиды загорелись глаза. – Наоборот, это необычно. То, что все называют нормальностью, не привлечет внимания. Знаешь, как серые шторы. Удобно, практично, но можешь их просто и не заметить… Я в этом смысле всегда пыталась себя сохранить. Такое личное безумие, которое я в себе культивирую. И в тебе тоже это есть. Конечно, страшно оказаться не полностью понятой. Но тут каждый чувствует себя посторонним, просто кто-то больше остальных.

Она была права. Это глухое всеобъемлющее одиночество каждого из Двенадцати, несмотря на их сплоченность…

– Так что насчет номера, самый-умный-человек-в-комнате? – Артемида придвинулась так близко, что Афина могла рассмотреть каждую веснушку на ее носу, каждый волосок ее бровей. «Нормальные брови, кстати, не такие уж широкие, не портят ее совершенно, что бы там ни кричал на весь кампус Аполлон во время ссор с ней…»

Отстранившись, она покрутила бумажку с номером.

– Дай мне время до семи часов вечера.

– Всего двадцать минут?

Афина покосилась на часы.

– Уже пятнадцать. Можешь пока принести мне бургер.

– Я не ем мясо.

– Но я-то ем. И попроси, чтобы положили побольше острого соуса!

Афина отвернулась к ноутбуку. Пятнадцать минут? Ей хватит и десяти!

Номера мелькали перед глазами, пока она проматывала имя за именем и осознавала то, что сейчас становится частью какого-то странного приключения. Это было ей в новинку. Может, она правда слишком долго сидела за книжками? Уделяла слишком много внимания пытливым ученым и философам, диким лирикам и мыслителям. Тратила каждую свободную минуту на рукописи, которые остались в устах людей, в пыльных сборниках и на могильных плитах. Игнорируя то, что было в груди, что хотело вырваться и закричать. «Может, Ари и Гестия были правы. И мне действительно нужно, чтобы кто-то иногда вытаскивал меня, потому что когда ты вечно проводишь время с самой собой в своем маленьком мире, может показаться, что жизнь в итоге превращается в один бесконечный день».

Ровно через пятнадцать минут хлопнула дверь за спиной.

– Я не опоздала?

– Святой Грааль найден, – возвестила Афина. Пафос этой фразы окончательно ее развеселил.

Запыхавшаяся Артемида громко зааплодировала, выкрикивая: «Браво! Невероятно! Гениально!» и сунула ей бургер, завернутый в бумагу. Но стоило Афине показать данные владельца машины, как Артемида мигом посерьезнела.

– Тебе конец, маленький ублюдок. – Она прищурилась, будто перед выстрелом.