— Дочка, меня все не отпускает тот разговор с Хель. Она страшная женщина.

— Анна Ефремовна, ничего страшного в ней нет. Просто она Богиня Смерти, что уже несколько тысяч лет работает с энергией смерти. Для любого живого существа эта энергия тяжела. Поэтому вы ее и испугались. Ругались, но у самой внутри все тряслось. Это даже я видела, а для Хель подобные вещи как на ладони. Но вы умница, смогли взять себя в руки.

— Да… страху я натерпелась. Дал же Бог невестку. Но почему ты тогда ее не боишься?

— Я ведь… эм… зародыш высшего существа. Наполовину Богиня, наполовину дракон. Боги вообще не реагируют на такие вещи, а драконы — очень умеренно и по-разному, кому-то проявление той или иной божественной энергии даже нравится. Сын ваш, например, Хель искренне любит. Она его возбуждает и заводит, не вызывая ни страха, ни ужаса. Вероятно, это связано с тем, что он дважды прошел через смерть и как-то иначе воспринимает подобную энергию.

— Мне от этого не легче, — тяжело вздохнув, произнесла Анна Ефремовна.

— На самом деле Хель очень аккуратна. Уверяю вас — она старается вам не навредить. Все же вы слишком хрупки и нежны для нее. Вы бы видели, что творилось в резиденции Эрдо в мире, откуда Хель родом, когда они с Максимом занимались сексом. Там стража едва пережила без позора эту малость. Это обычная женщина во время оргазма может кричать там или стонать, а Богиня еще и ауру свою пульсирующую распускает. Как вы понимаете, у Хель она совсем не из ромашек. Если простой человек будет совсем рядом в такой момент, то он может и умереть от охватившего его леденящего ужаса.

— И ты тоже ведешь себя во время секса?

— Я? Хм. А я не пробовала… Я ведь еще обычной варгой спала с вашим сыном.

— Почему? Всегда хотела спросить, но было неловко. Ты можешь не отвечать, если тебе неудобно.

— Все нормально, — грустно улыбнулась Арина. — Дело в том, что кроме перерождения я стала высшей жрицей своей матери — Богини. Это приводит к очень сильному слиянию. Настолько, что если я с кем-то занимаюсь сексом, все сопутствующие ощущения и эмоции испытывает и она.

— Оу….

— И это еще было бы полбеды. Божественное или драконье семя из-за своих особенностей вполне может оплодотворить не только меня, но и маму.

— Боже!

— Вот-вот. Я Максима не виню. Занявшись со мной сексом он не только параллельно это будет делать с моей мамой — Богиней, но и гарантированно одарит нас обеих детьми. Ведь я рассказывала о том, какая у нее стихия. Как вы понимаете, это для него чересчур.

— Но ты его любишь! Неужели мама не может пойти тебе навстречу и избавить от роли высшей жрицы?