— Ничего запутанного в этом нет, — улыбнулась Хель. — Боги и драконы — разные виды, но считают друг друга примерно равными существами и общаются соответственно. Впрочем, сами Боги почитают себя более совершенным видом, а драконы — себя. Впрочем, обычно драконы такими вопросами вообще не задаются. Им это не интересно. Так вот — я готова, пусть и с натяжками принять, что у моего супруга будет вторая жена, если она окажется драконом. Конкуренткой мне она не станет. Мы слишком разные. Да, мне будет неприятно его с кем-то делить, но это — терпимо. А вот если она станет Богом, я начну по-настоящему ревновать.
— А люди? — Чуть подумав, спросила Анна Ефремовна.
— А что люди? Вон, Максим наплодил бастардов через пленных девиц ордена Света по моему же совету. Никаких чувств. Они безумно ниже моего статуса. Я родила ему полубогов. Кого ему родят они? Бастардов, которые, вероятно, даже в низших демонов не смогут переродиться. Вот сейчас у него целый выводок детишек от простых смертных. И вы знаете — у меня никаких эмоций. Вообще.
— Вы такого низкого мнения о людях? — Слегка поморщившись, уточнила Анна Ефремовна.
— Не хочу вас расстраивать, но, что для Богов, что для драконов, вы действительно не очень важны. Просто потому, что очень слабы и недолговечны. К вам я отношусь с уважением. Но только потому, что именно благодаря вам появился на свет мой горячо любимый супруг. Вы смогли породить поистине уникального человека, за несколько лет переродившегося из просто человека в наиболее могущественную форму высшего демона — золотого дракона. Это достойно уважения и всяческого почтения.
— Ты тоже так думаешь? — Хмуро спросила Анна Ефремовна у Арины. — Для тебя тоже люди, это пыль на дороге?
— Я сама еще года два назад была простой смертной, — ответила та. — Обычным человеком.
— Не совсем простой, — усмехнулась Хель. — Природная жрица Богини Страсти. Да и человеком ты никогда не была. Или забыла, что ты варга? Зубки-то никуда не делись. Кошечка…
— Хель! — Попыталась ее одернуть Анна Ефремовна.
— Не повышай на меня голос! — Прошипела, взвившись, Богиня Смерти.
— Если ты меня убьешь, сын тебе не простит, — сказала Климова, с вызовом взглянув в глаза этой жуткой женщины… существа. Ей было страшно. Безумно. Но она мать мужа этой особы, а значит, имеет право ставить ее на место.
Глава 2
Глава 2