— Как я понимаю — она меня для этого и переродила. Вы понимаете в чем дело. Вечно в статусе зародыша я находиться не смогу. Рано или поздно я пройду процедуру инициации или в Богиню, или в дракона. Стать Богиней чрезвычайно сложно, но это единственный способ избавиться от роли жрицы. А вот драконом я могу стать уже сейчас. Правда, в этом случае получится, что меня мама обретет в роли высшей жрицы — дракона.

— То есть, ты все так же не сможешь быть с Максимом?

— Верно, — кивнула Арина. — И уже, скорее всего, не смогу избавиться от роли жрицы. Потому что дракон в этой роли — круче чем супруг или супруга, особенно для такой слабой Богини, как она. А что брак, что роль высшей жрицы или жреца — очень сильно ограничивает свободолюбивых драконов. Они на такие вещи очень редко идут. А я… я теперь заложница положения. Рабыня мамы.

— Ужасно…. А если ты станешь Богиней, то как Хель поступит?

— Не знаю, — пожала плечами бывшая Арина. — С одной стороны она его любит, а потому будет сильно переживать и ревновать. С другой — он ей нужен как супруг. Без него она потеряет возможность закрепиться в других мирах. Так что, если мы не будем пересекаться в стихиях, то она вполне может смириться. А то и подругами станем.

— Чудные у вас отношения, — покачала головой Анна Ефремовна.

— И не говорите, — вздохнула Арина и глянула в окно. — О! Это не к нам случайно?

— Ого! — Воскликнула Анна Ефремовна, увидев подъехавший к воротам большой джип с наглухо тонированными окнами. — Петь! К нам гости!

— Кого еще там нелегкая принесла? — Недовольно проворчал из соседней комнаты Петр Иванович. Но все же поднялся с дивана и подошел к пульту охраны, где нажав несколько кнопок уставился на картинку автомобиля. — Это еще что чертовщина? — Тихо спросил он сам себя. — Я вчера только в новостях прочел, что эту модель едва начали поставлять в армию. Первую партию неделю назад передали.

В этот момент раздался настойчивый звуковой сигнал клаксона.

— Откроешь?

— Я не знаю, кто это.

— Петр Иванович, — вмешалась Арина. — Со слов Хель за нашим домом присматривают. Если это какие-либо злодеи, то они ничего не смогут предпринять. Да и я многое могу.

— Ты?! — Удивился отец Максима.

— На моих руках более трехсот трупов.

— Что?! — Удивленно повернулась к ней Анна Ефремовна.

— Мы все далеко не одуванчики, — несколько сконфужено пожала плечами Арина.

— Ладно, — хмыкнув, произнес Петр Иванович и прихватив из комнаты пистолет, направился к двери. Открыл. И на него просто полыхнуло громкой музыкой, которая буквально пульсировала в машине, едва не выбивая ей окна. — Идиотизм… — фыркнул старший Климов себе под нос и нажал на кнопку, открывающую ворота.