– Поэтому ты создал Железное Королевство?

– Оно могло стать новым Эндералом! – прорычал Немерот. – Свободным от абсурда веры в семерых, в твоего Бога или прочего мракобесия! Мечта, к которой шёл Килра, была так близка. Это был бы великий мир.

На этот раз прозвучал недовольный голос Гедемина:

– Мечта, при которой мир будет похож на вертеп разврата, помесь бойни, борделя и капища. Мир, в котором нет места свету, вере и Истине.

– На то мы и встали на путь хаоса, чтобы через тотальное разрушение и ужас сотворить обновлённый мир. В котором жизнь устоит тысячелетия и его не поколеблют высшие. Пойми, служка, не через противостояние тьме можно противостоять высшим, а только через познание тайн тьмы, приобщения к ней. Став единым нравом с ними, мы будем оставлены ими.

– Жалкий раб «высших» и прислужник хаоса, не ты ли слушаешь губительные речи сил разрушения? – Гедемин от презрения готов был плюнуть в лицо Немероту, который меланхолично продолжил твердить:

– Мы спасали Вин от очищения, и не раз, служка. О да, в бушующем море вероятностей и хаоса есть сущности по истине божественной силы, к которым мы прислушивались, но служба нашего пути – «хаосу неразделимому», – гортанное рычание звучало со странной извращённой торжественностью. – И в нём нет единства, ибо «высшие» желают питаться от душ Вина, они как паразиты. Но само море хаоса не имеет бога или владыки. Оно нейтрально, оно имматериально… это истина нашего пути. Забытая и осквернённая истина, идущая из тех времён, когда Рождённых светом ещё не существовало.

– Не обманывайтесь! Ваш слуга, «Мастер», из «Весов» верит, что порождения эмпирического океана, есть лучшие учителя, едва ли не боги, которым нужно поклоняться! – упрекнул Гедемин, указав мечом на Немерота.

– Он просто глупец. Но у весов две чаши…

После слов Немерота, вперёд вышел король. Из-под маски донеслась приглушённая и тихая речь:

– Ты не выйдешь отсюда, Велисарий. Аркт обещал, что ты придёшь к нам и приведёшь всю свою армию. Что ж, сегодня для тебя и твоего войска наступил последний день, – король примолк, после чего с минорностью излил речь. – Я помню тебя, как исполнительного и верного идеалом Ордена хранителя. Никогда не думал, что ты сможешь настолько глубоко впасть в предательство.

– Кто бы говорил о предательстве, Сарагон’Ашар, – заговорил Арантеаль, в его голосе промелькнули обвинение и осуждение. – Король поверженной страны, повелитель её разбитых орд. А ещё пару лет назад слуга Святого ордена.

– Не понял, – посмотрел на Арантеаля Велисарий.

Ответом стало действие. Король обхватил двумя ладонями шлем и стянул его с головы. На вид предстало немолодое мужское лицо, потрепанное временем, мешками под глазами и красными глазами, щеками и носом навеивающие образы пьяницы. Седой волос был убран в хвост, бока сбриты. Особый шарм придавали массивные усы, напоминающие подкову.