– Это нормально. Главное не заниматься откровенной крамолой, а то… да ты сам понимаешь, к чему это может привести, – с оглядкой на всю кампанию Велисария сказал Сигизмунд, потирая ручку кружки. – Железное Королевство не на пустом месте образовалось. Только странно… с момента его появления, так никто и не увидел зачинщиков мятежа, подлую аристократию. Поговаривают, они были разбиты в самом начале войны.

– Как твои дела, если не вспоминать о битвах и операциях, Сигизмунд. Мне нынче тяжело слушать о войне.

– Ты думаешь мне легче? – смутился инквизитор. – Первые два дня я продолжал слышать стоны умирающих, а этот противный писк… проклятье, артиллерия не бог, это дьявол войны, – Сигизмунд припал к кружке, быстро допив до половины. – Прости, раны души… они так просто не затягиваются. Дела? У меня всё в порядке, у Церкви всё в порядке, у страны всё хорошо.

– Я же сказал – как твои дела. Твои, – улыбнулся Джаэль.

– Ты сам знаешь, что мои дела – дела Церкви, а дела Церкви – мои дела, – с толикой фанатизма высказал Сигизмунд, Джаэль увидел призрак грусти в глазах инквизитора, когда тот посмотрел на пару, веселящуюся за столом, обнимающихся и целующихся; медленно заговорив, Сигизмунд продолжил. – У меня… нет личных дел. Что мне смотреть, как свои дела? У меня ни семьи, ни друзей, ни детей, ни увлечений. Лишь молитва, меч и служба.

– Я тебя понял, – помотал головой Джаэль. – У меня всё иначе. Жена, семья, дом, да и постоянно приходится сидеть и слушать местную Думу. Политики, они везде политики, но эти… они в прошлом были крестьянами, простыми мужиками. Они проще, честнее, не такие… официозные, грацкие, как аркчане. А ты… ведь, что там в Писании у вас говориться про мужчину и женщину? – ухмыльнулся речник.

– Во истину, сказал Творец, что «нехорошо быть одному» и сотворил для первомужчины первоженщину – плоть от плоти свою, – вспомнил первые части Предания Сигизмунд, скрестив руки на груди.

– Так что тебе мешает исполнить вашу заповедь? Ты и не давал обещание быть монахом или как это по-вашему… анназаришом36! Вспомнил.

– Состояние, после смерти семьи. Пойми, так просто такое не проходит, – «каменно» ответил Сигизмунд, допив напиток и опустив руку в кошель, на столе зазвенели медные монетки.

– Что будешь делать дальше?

– Отправлюсь дальше бороться с нечестью. Железное Королевство практически добито, Велисарий закончит вскоре гражданскую войну, но монстров и еретиков ещё хватит на мой век, – посмотрев по сторонам, с долей вдохновения и обречённости, словно отчеканенные, были сказаны слова В конце концов, долг кончается только со смертью.