Настало время покоя, время отдыха.

Глава 20. Обретение покоя

Глава 20. Обретение покоя

Заседание совета. Кира. Спустя неделю.

Лёгкий мерный гул разносился в небольшом амфитеатре. Эта тишина удивительна, не подходит к обстановке всеобщего заседания. Хотя уровень пересудов, споров, криков и возмущений варьируется в зависимости от тех, кто сидит на скамьях и креслах. Высокий мужчина в тёмно-синем пальто, с геральдическим жёлтым орлом видит вокруг себя не шумных политиканов, не меркантильных торгашей, а «отцов духа», учителей народов, последователей остатков угасающих религий, философов, жрецов новых культов и священника веры. Парень теряется в облачениях – среди мраморных колонн, скамей и плит виднеются чёрные подрясники, и светлые балахоны с тюрбанами, и золотисто-кремовые стихари. Его ухо вылавливает говоры кирийские, эндеральские, килеянские, неримские и даже аразеальские… каждое наречие сильно искажает инал, помимо которого мелькают и «родные» языки, ходившие в этих народов от их начала.

«Как же они не утонули в спорах о вере?» – спросил себя черноволосый мужчина, тут же вспомнив, что сегодняшнее собрание собрано по повелению Золотой королевы, бессменной владычицы Кирийского царства.

До тех пор, пока монаршая особа не пришла в древний храм, посвящение коего осталось глубоко в веках, многочисленные слуги церквей либо тихо общаются, либо молятся, стараясь не разрушить таинственную тишь древнего места.

Парень, открыв сумку-планшет, внимательно посмотрел на окружение, находя его действительно мистическим. На облицовке стен изображены сюжеты из далёкой древности, странные символы и глифы царств, существовавших до эпохи единой Киры. Магические огоньки мерцают у стен.

Королева же пожелала узнать, что творится в мире, за какими событиями стоят Аркт и Велисарий и самое главное – каков новый духовный курс среди народов. Слухи и известия, сотрясавшие Золотой двор нуждаются либо в утверждении, либо в опровержении, чтобы Королева могла выработать новую политику. Пока на севере кипят битвы с мятежниками, запад разоряется неримскими налётчиками, восток и юг стали верными оплотами монархии.

Тишина оказалась рассеянной в ту секунду, как прозвучали медные трубы, возвестившие о прибытии важного участника заседания. Служители культа поспешили занять места в полуамфитетатре, рассеялись по скамьям и лавкам, выточенным из мрамора.

Плотная тишина воцарилась в древнем храме, врата со скрипом отворились и первыми вошли не члены королевского двора, не монаршья особа, а «золотая гвардия», или Кирашах-ан-зирит. Воины в золотой чешуйчатой броне, сверкая зеркально начищенными пластинками с зерцалами, укрытые круглыми широкими щитами и вооружёнными яркими копьями, охваченными мистическим пламенем. Но тот, кто вошёл за ними, вызвал разочарование. Служители культа, приглашённые гости, да и просто знатные люди расстроились, увидев, что вместо всецарицы кирийской, владычицы пустынь и лесов, покровительницы Аль-Рашима, пришёл высокорослый мужчина, укутанный в белоснежный балахон и тюрбан. Поверх тела, его статус выразил расшитый золотом стихарь, подпоясанный ремнём, украшенным сапфирами и рубинами, на пальцах «красуются» золотые кольца с драгоценными каменьями.