Один взмах мечом – и рассеченное тело агента упало к ее ногам. Второго она обезвредила мощным ударом рукоятью в челюсть. Прикончила его королевская гвардия. Лимирей пошла дальше. Она перебегала от противника к противнику, отвешивая один удар мощнее другого. В ней бушевала какая-то первобытная, неудержимая сила. Меч не был продолжением ее руки – он был разящим когтем хищника, который убивал, чтобы защитить то, что ему дорого. Отчего-то я подумал, что в тот день, когда Лимирей спасала Телириена, она была такой же – дикой, необузданной, невероятно красивой в своей первобытной ярости…

Но встать рядом с ней и махать мечом я не отважился. Мои умения ограничивались тем, что я знал, с какой стороны держать его. Моим оружием была магия, но в последнее время она меня оставила. Я уже даже не понимал, что тут делаю, кому мне помогать и как поступить…

– Убейте вампира и дракона! – раздался яростный крик одного из агентов Тайной Канцелярии. Это был лесной эльф.

Кровь во мне закипела.

– Артения не подчиняется эльфам! – прошипел я, взывая к еще оставшейся во мне магии.

Пусть это будет стоить мне жизни, но я не позволю им сделать то, что когда-то правители Артении сделали с их народом. Та Артения, которую я знал, существовала всего пятьдесят лет.

– Лортенлонские леса тоже не подчинялись людям! – ответил он мне.

Я сжал кулаки. Духи милосердные, даруйте мне сил, чтобы спасти Лимирей и прекратить тот ужас, что сейчас творится!

Ход битвы начал медленно и неумолимо переламываться. Отступившие эльфы полностью сосредоточились на магии. В разбитые окна залетели птицы. Я отступил к стене и прикрыл глаза. На удивление, когда я обратился к магии, боли не почувствовал. Все тело лишь слегка покалывало, когда я почувствовал громаду замка.

Камни замка заскрежетали. Они раздавливали стволы ядовитых цветов и гибкого плюща, который норовил задушить каждого, до кого дотянется.

Замок под моими потоками магии вздрогнул и расколололся… От скрежета камня сводило зубы и хотелось зажать уши. Кто-то сорвался в пропасть нижних этажей. Я наблюдал за всем своим внутренним зрением. И, увы, расклад был не в пользу королевской гвардии. Я видел, как птицы выклевывают кому-то глаза, царапают лицо и рвут волосы. Я видел, как природа захлопывает двери, превращая этот зал в закрывшуюся смертельную ловушку. Я видел, как обернувшегося в огромного ящера Телириена спеленали растения, лишив возможности выдыхать пламя и даже взлететь: его крылья копьями пригвоздили к стене. Он метался, пытаясь вырваться, но его держали крепко.